18:46 

Мемуары Жана-Батиста Трокара

~Шиповник~
Последние дни запрещённых депутатов Гаде, Салля, Бюзо, Петиона и Барбару в Сент-Эмильоне.

После объявления вне закона, депутаты Гаде, Петион, Бюзо, Барбару, Луве, Салль и Валади, укрылись в департаменте Кальвадос, где они жили некоторое время; они сели на судно на бриге, и высадились в Бек-д’Амбе, в департаменте Жиронды, у тестя Гаде, господина Дюпейра. Они бы не успели сойти на берег, как были бы разоблачены представителями, посланными в департамент Конвентом, и которые, не осмеливаясь отправиться прямо в Бордо, они собрались в Ла-Реоле. Тальен, один из них, был послан в Сент-Эмильон, куда, думали, ушли несчастные жирондисты.
Все его поиски были безрезультатными; но он велел арестовать людей, самых известных в стране, как подлых преступников, почти аристократов.
Все запрещенные депутаты были скрыты у мадам Буке, за исключением Салля и Гаде, укрывшихся у отца последнего. Но так как могло стать опасным долго оставаться в одном месте, Луве, Валади и Барбару, искали убежище у кюре Помероля около Либурна; Петион и Бюзо в Кастийоне, у Кесаря и Эпина. Их отсутствие в Сент-Эмильоне было недолгим, и вскоре они вернулись, все, за исключением Валади, бежавшего в сторону Мупона, который погиб под революционным топором, и возвратились в их первое жилище у мадам Буке. Через некоторое время Луве пошёл по следам Валади; но более удачливый, он поднялся на судно и добрался до Парижа без происшествий.
Пять депутатов, таким образом, остались в Сент-Эмильоне, двое у отца Гаде, и троке других у мадам Буке. Эти последние, после некоторого времени пребывания у этой дамы, были помещены братом Гаде к кюре города, который, вскоре, утомленный гостями, заявил, что больше не может их прятать у себя.
Сен-Брис Гаде предупредил мадам Буке об ультиматуме священника и страданиях несчастных изгнанников. Мадам Буке, не могла принять их из-за нехватки хлеба, и он сказал ей: Я полагаю, что Батист Трокар сможет спрятать их на некоторое время.
Я был тогда цирюльником домов Гаде и Буке. Однажды, когда я причёсывал Сен-Бриса он сказал мне: Батист, три друга моего брата, пришли к нему, но его нет; он в Швейцарии; не мог бы ты приютить их у себя на несколько дней?» Я ответил, что да; и, в тот же вечер, он сопроводил их ко мне. Это были первые дни января 1794 года.
Я очень о них заботился; я зарабатывал не менее 1200 франков в год. Днем, ночью, я вертелся, чтобы предоставить им необходимое продовольствие; мне было легче, чем другим, потому что у меня было много отношений с жителями, которых я брил.
Бюзо и Барбару писали мемуары. Я никогда не видел, чтобы писал Петион*. Их рукописи были спрятаны в железный ящик и брошены в выгребную яму; во время ареста мадам Буке и её мужа мулат выбросил их.
Во время второго поиска, совершенного в Сент-Эмильоне, туда послали две тысячи пятьсот человек войск; но, так как были найдены только Гаде и Салль, посчитали, что других нет в стране; они ушли, но приказали муниципалитету произвести домашние обыски. Я предупредил трех депутатов об этом; они сказали мне: «Мы уйдем этой ночью». Они, действительно, ушли следующей ночью. Бюзо и Петион оставили мне письма для своих жен, а Барбару для своей матери.

Письмо Петиона:
"Милая подруга, я жил для тебя, для моего сына, для моей родины, для моих друзей, яростно и жестоко убитых, для моей чести. Я понес наказание; я перенес лишения с мужеством. Мой характер никогда не изменялся.
Я мало беспокоюсь о том, что люди думают обо мне, я выполнил свои обязанности с усердием, я хотел блага для моей страны и никогда не испытывал угрызений совести. Я нахожусь в самой жестокой ситуации, которую только можно себе представить. Я бросаюсь в объятия Провидения, но не надеюсь, что оно меня спасет. Тебе, тысячу раз дорогая жена! целую тебя, целую своего сына, мои последние вздохи предназначены вам, пусть сын вспомнит о своем отце. Награди храброго человека, который доставит это письмо: он сделал все, что в его силах, чтобы помочь мне".

Письмо Барбару:
"О, моя мама, моя милая мама! У меня нет времени, чтобы сказать вам много. Я предаюсь божественному провидению в поиске убежища. Не печальтесь о моей судьбе. И если ты можешь, награди бравого человека, который передаст тебе эту записку. Прощай, дорогая мама, твой сын целует тебя".

Письмо Бюзо:
"Моя милая подруга, в руках человека, который много сделал для меня, я оставляю записи мужа, который любит тебя. Приходится оставить спокойное, уютное убежище, чтобы снова испытать удачу, страшная катастрофа лишает нас последней надежды. Я не обманываю себя относительно опасностей, которые угрожает нам, но мое мужество еще осталось со мной. Но, дорогая моя подруга, времени мало, нужно отправляться. Я прошу тебя наградить особенно щедрой с человеком, который передаст тебе эту записку. Он расскажет тебе о всех наших бедах.
Прощай, я надеюсь, твоя жизнь будет праведной".

После того, как они написали эти письма, трое депутатов ушли в сторону Кастийона; прибывшие на равнину Сен-Мань, где был местный праздник, они были приведены в ужас наплывом народа, который они заметили издалека; они решили, что это войско санкюлотов, которое их ищет; они побежали в сосновый лес. Барбару выхватил пистолет и приставил ко рту; но пуля вышла через ухо; женщина прибежала на шум и нашла его в крови, но ещё дышащего; он был сразу доставлен в Кастийон. Это было 18 июня.
Несколько дней спустя, нашли двух других депутатов, мертвыми в поле.
Прочувствуйте, какой тогда была моя боль; люди, чьим характером я восхищался, для которых я пренебрегал в течение пяти месяцев всеми опасностями, всеми наказаниями, всей усталостью, я могу сказать обо всех лишениях, погибли за один миг, оставив мне свои печальные прощания. Но это было ещё не все: вскоре я был арестован и доставлен в Бордо, вместе с Сен-Брисом, который сумев спастись из родительского дома и прятавшийся долгое время, был обнаружен и арестован. Там, я томился в течение восьми месяцев, и я ускользнул от смерти только под прикрытием ужасной болезни, которая не позволила преступному Лакомбу** предъявить меня кровавому суду. Он был окружен падением других тиранов, и свобода был возвращена мне с уважением моих сограждан.
Затем я подал петицию Конвенту 12 мессидора III года (30 июня 1795). Она была послана Луве с письмами, о которых я сообщил выше и несколькими другими деталями, которые было почти невозможно читать, потому что они были разъедены влагой. Он добился декрета, чтобы они были помещены среди рукописей национальной библиотеки.

Батист Трокар.


____________________
* Мемуары Петиона, несомненно, были написаны во время его пребывания у мадам Буке.
** Председатель военной комиссии.

@темы: жирондисты, Французская революция, Петион, Бюзо, Барбару, переведенное

Комментирование для вас недоступно.
Для того, чтобы получить возможность комментировать, авторизуйтесь:
 
РегистрацияЗабыли пароль?

French Revolution

главная