Ознакомьтесь с нашей политикой обработки персональных данных
10:10 

~Шиповник~
Письмо месье Барбару, в ответ на письмо месье Эсменара напечатанное в 48 номере газеты Камиля Демулена.
Месье,
Я отвечаю на письмо месье Эсменара о событиях в Марселе, напечатанное в вашем 48 номере. Этот бывший редактор «Марсельского наблюдателя» извративший своё перо, не заслуживает места в вашей газете, и нет сомнений в том, что вы напечатали это, чтобы получить опровержение.
Этот месье Эсменар является посланцем нашего безумного меньшинства; он получил деньги; он должен хвалить его. Это меньшинство хочет для месье генерала Льёто, того же, чего и для месье мэра Шомеля; того же, что и для прево Бурниссака, комиссара Андре, и контрреволюции. Следовательно, месье Эсменар должен быть апологетом Льёто, хвалить все свои операции, и клеветать на муниципалитет, осторожность и устойчивость которого повергли этого колосса, который угрожал раздавить общественную свободу.
Но стоит ли прославлять месье Льёто, что напомнит о его патриотизме 23 марта?* Я не вижу в том, что он сделал, в то время, вечный укор для его нынешнего поведения. У него было, я с этим согласен, доверие народа; но он его потерял; и это изменение происходило, по мере того, как приближалось больше врагов революции, обеспокоенные люди, как мы, верили что нужно, наконец, образовать национальный суд страны.
Вкратце, это история месье Льёто. О нем не говорили среди порядочных людей, когда он был офицером с недостатками; это был человек эпохи, игрок; правда, с самыми деликатными приключениями. Он изменился, когда стал генералом; тогда не только хвалили его; мы обращались к нему на «ты»; сбирались смотреть на Льёто; говорили, что он был вынужден иметь уважение достойных людей; но он терял в то же самое время людей, поскольку он не делал ничего почтенного; и то, что называем уважением честных людей, было только ужасной коалицией между генералом и контрреволюционерами.
Я не скажу ничего о его так называемых жертвах временем, отдыхом, состоянием и здоровьем. Мы могли бы доказать, что месье Льёто не потерял ничего из этого. Он терял своё время в приятных занятиях; он не знал покоя, посреди служебных хлопот, с которыми месье Илар, генерал-майор, справлялся в одиночку; его счастье иметь возможность...... и его здоровью ничего не сделалось, при вспышках его гнева, когда он увидел, как расстроились его планы в муниципалитете или совете армии.
Месье Эсменар имеет целью своего письма оправдать поведение Льёто в муниципалитете, и в патриотическом Собрании. К сожалению, это легко доказать, что месье Льёто был виновен по отношению к первому, и преступен по отношению ко второму.
Это первая ложь, что месье Льёто никогда не отказывался подчиняться требованиям муниципального органа; в канцелярии суда муниципалитета существует доказательство, что месье Льёто отказался от того, чтобы отдать приказ батальонам № 7 и №24 идти навстречу мэру, несмотря на требование, выдвинутое муниципалитетом, по просьбе этих двух батальонов.
Эх! все остальное его послушание в нескольких реквизициях! Его самое большое преступление, это бесполезность и распоряжения его руководителя, который принадлежал исключительно к муниципальной власти. Разве у него была армия без требований? Он не организовал охрану? Он не организовывал воззвания от своего имени? Он не обращался к священникам страны, боясь чтения проповеди на провансальском языке? Не предоставлял ли он скандальное покровительство всем своим игорным домам? Не окружил ли он себя множеством игроков, многие из которых были украшены званием адъютантов, и эти места, не стали ли пристанищем батальонов? Кто позволил себе больше оскорблений и больше посягательств! Разве он не предоставлял милости тем, кого осуждал военный совет? Разве он не установил двух часовых у своих дверей, когда мэр имеет всего одного? Разве он бесстыдно не ушел из городской ратуши с союзниками из Парижа, потому что муниципалитет не пришел встретить его у входной двери? Эх! Кто может забыть его наглость по отношению к мэру, 14 июля, в отеле Бово, в присутствии членов Генерального совета старшин и офицеров полков Эрнеста и Вексена? Кто может забыть, что он должен был прийти в ратушу, чтобы получить приказы, в то время, когда месье Грелин командовал армией, и постоянно твердил ему, что его долг в том, чтобы постоянно находиться в городской ратуше? Не носил ли он в последнее время, плюмаж одного цвета, против выраженных положений решения Генерального совета? Не хотел ли он заставить собрать батальоны, чтобы пересечь секции? Наконец, не бродил ли он в семь часов вечера, среди различных батальонов, в сопровождении одного крамольного, который кричал: солдат муниципальной армии на фонари? Это не нападения на общественный порядок? И человек, который является виновным, не заслужил увольнения? Но давайте посмотрим, как он ведет себя по отношению к патриотическому собранию.
Пока враги общества хранили надежду испортить это собрание, сея там своих новообращенных, они получали похвалу; тогда Льёто выступил их сторонником; в то время он посещал заседания: тогда он увидел, что это очаг, где души светились любовью к общественным вещам; когда он увидел, что проницательный глаз патриотизма пронизывал его поведение, и мог раскрыть его проекты, тогда он поклялся уничтожить его, и задолго до разбоя 17 августа, он уже объявлял, что Собрания может не быть. Его эмиссары, в общественных местах заносили в список горячие предложения, которые они сами же и делали там, или те, которые они искажали. Он сам с удовлетворением рассказывал, что батальон, который он призвал, пришел, чтобы предложить ему замуровать дверь. Наконец, за несколько дней до 17 числа, он имел неосторожность сказать, что или он лишится головы, или он уничтожит патриотическое собрание.
Не верите, месье, что это не было так называемым предложением остановить движение зерен, ни подстраховать консула обеих Сицилий, и установить, комитет исследований, которые вызвали нападение около 17 августа? Никто не говорил о зерне на этом собрании, только о том, чтобы послать 50 грузов несчастным людям Нимуа. Изгнание некоторых французов из Королевства Неаполя вырвали чувствительные сердца для гарантии консула; но эта ошибка не была принята Патриотическим собранием, уважающим и международное право, и знает, каковы пределы его рвения. Комитет по надзору был необходим, и я хорошо знаю, почему господин Эсменар этого не хотел. Реальный предмет ярости против этого круга, была петиция, призывающая возобновить все ряды армии; и незабвенная петиция, которую друзья конституции заставили вырезать на мраморном столе, с именем патриота Бернара, который с мужеством создал её. Льёто собирался вырвать эту петицию и уничтожить её со своими агентами 17 числа.
Кто привел к патриотическому кругу неистовую орду, которая хотела его обесценить? Кто-то из прислуги помощник месье Льёто.
Чего требовало это войско? Петицию обновления званий, чтобы её сжечь, патриотов, чтобы повесить их и Льето в качестве своего командира.
Кто приказал, разогнать эту толпу, когда муниципалитет потребовал этого? Месье Арно, капитан, который, в предыдущие дни, вел себя разнузданно по отношению к кругу, который, утром пугал женщин, и которого вечером, прежде чем идти играть роль защитника патриотов в ассамблее, капитана национальной гвардии заставляли побриться, перед тем как он произнесет речь.
Эх! Кто написал эту речь? Секретарь Льёто. Таким образом, то же перо, которое призывало к порядку и защите патриотической ассамблей, начертало требование ее уничтожить; один и тот же человек был ответственен за эту двойную миссию. Мы не ошиблись в его рвении; так как, распределяя свое войско навстречу кругу, он говорил народу, что это было собрание аристократов.
С таким защитником круг должен готовиться к полному опустошению; и эксцессы были совершены, и муниципалитет, всегда предусмотрительный, потребовал 25 человек от каждого из полков гарнизона занять улицы и зал Патриотического собрания.
Эти факты несомненны; они отмечены в суде, на котором слуге капитана Арно и некому Жоффре, ранее изгнанному из города Апт, предъявили постановление об аресте. Прокурор Коммуны потребовал указ против месье Льёто; но этот последний счастливчик не получил его.
Что думать теперь об этих собраниях, образованных меньшинством каждой секции и требующих генерала Льёто вопреки обещаниям народу и об армии, противостоящей обещанию генерального совета и муниципалитета? не походят ли эти собрания на собрания кающихся грешников Нима? Не приведут ли они к тем же бедствиям? и не оскорбление Конституции - называть именем Конституционного собрания эти мятежные толпы с несколькими честными торговцами, когда люди защищают всех преступников в городе, некоторые владельцы управлений, и все коррумпированные люди, которые сожалеют об ограничении рабства, и кто недавно составлял дешевый суд Карамана?
Вот, однако, месье, активные граждане, которых представляет неактивный Эсменар, и миссия, на которую он сослался в директорате дистрикта, клерком которого он был, о семейных несчастьях, обманывает, таким образом, чувствительность президента. Это то, что он осмелился назвать судом ..... Как будто может быть судебное разбирательство между телами или учредительным собранием города и несколькими мятежниками!
Мне нравится смотреть, как цитируют декреты Национального собрания люди, которые о них совсем не знают, или кто хотел бы, в своем бреду, чтобы эти декреты вовсе не существовали! Где вы находите, что муниципалитет Марселя игнорировал их, он, кто никогда не прекращал представлять их народу как объект поклонения? Он цитирует декреты 30 апреля и 30 июня; но этот последний, относительно национальной гвардии Версаля, не может быть применен к Марселю, потому что в этом городе муниципалитет не желает никаких изменений; а этого требовал весь город. Второй касается конкретно того, что он может внести изменения в национальную гвардию, а вместе с нею и в муниципалитет. Или фиксирование срока командования лидеров в Национальной гвардии, является лишь модификацией, так как закон сам не устанавливает срок их полномочий. Спасение народа было под угрозой без этой операции. Это было сделано с помощью собраний секций, потому что секции могут обсуждать национальную гвардию, руководители и сам месье Льёто были назначены секциями; но батальоны одобрили это изменение, назначив новых лидеров, посреди аплодисментов народа. Наши диссиденты должны, наконец, почувствовать, что закон был бы абсурдным, если бы весь город, заподозрив командира Национальной гвардии, не мог обеспечить прекращение его полномочий; и наши секции не сделали ничего, кроме того, что в соответствии с законом, не могут оправдать господство обстоятельств успехом изменений.
Я понимаю, месье, что это долго - опровергать ложь; её слишком много в письме Эсменара, о которой я умалчиваю. Наша национальная гвардия, что бы ни говорили, неизменна; наше спокойствие не нарушено, его письмо не пробудило даже гнева добрых марсельцев, которые умеют мстить своим врагам только своим презрением.
Я приветствую вас, месье, с наилучшими пожеланиями,
БАРБАРУ, Редактор «Марсельского наблюдателя» до того времени, когда кооператоры сделали из издания антипатриотическую газету.

*Этот патриот предложил, однако, свои услуги советнику Тюли, весьма ревностному стороннику старого режима, и получил три тысячи ливров от господина Карамана. Первый находится в родстве с господином Андре; второй это констатировал.

Письмо датировано 1791 годом.

@темы: Барбару, Французская революция, жирондисты, переведенное

Комментарии
2017-05-22 в 10:28 

Siddha Wildheart
Boobs, like swords, are better when naked / Я женщина порядочная, у меня в подполе ружьё
Спасибо за перевод! Вот это накал страстей))

2017-05-22 в 10:35 

~Шиповник~
L_Roche, у Лоло иначе не получается передавать события родного города ))) Воистину патриот!

2017-05-22 в 10:37 

Siddha Wildheart
Boobs, like swords, are better when naked / Я женщина порядочная, у меня в подполе ружьё
~Шиповник~, я как-то резко представил, как он это пишет - вся комната завалена исписанными, скомканными листами бумаги, сидит такой взъерошенный и сердитый Лоло, строчит, строчит, перечёркивает, ругается, прикладывается к бутылке, бросает, опять пишет))

2017-05-22 в 10:43 

~Шиповник~
L_Roche, пожалуй, именно так и было :D

2017-05-25 в 16:13 

~Rudolf~
Спасибо большое за перевод!
Однако, его выбор адресата кажется мне странным)

2017-05-25 в 16:49 

~Шиповник~
Однако, его выбор адресата кажется мне странным)
К тому же, наверное, забыл деньги вложить :-D Письмо не напечатали, Барбару обиделся :lol:
Это говорит о популярности Демулена. О том, что первое письмо было написано именно ему, а у Шарля уже не было выбора, он писал журналисту, опубликовавшему в своей газете неправду на его взгляд.

2017-05-27 в 19:56 

~Rudolf~
~Шиповник~, деньги забыл вложить, однозначно))
Все равно странно, что Шарль не обращается на прямую к тому, к кому желает обратиться. Но зато Демулен, в отличие от некоторых, не вопит "я ваще не знаю, что напечатано в моей газете :wow2: ненене это не я, меня подставили" :D

2017-05-29 в 17:06 

~Шиповник~
ненене это не я, меня подставили"
Зачем Демулена кому-то подставлять, когда он сам умеет подставляться :D:write2:


Все равно странно, что Шарль не обращается на прямую к тому, к кому желает обратиться.
ЭтожШарль! :rotate:

Комментирование для вас недоступно.
Для того, чтобы получить возможность комментировать, авторизуйтесь:
 
РегистрацияЗабыли пароль?

French Revolution

главная