Ознакомьтесь с нашей политикой обработки персональных данных
  • ↓
  • ↑
  • ⇑
 
Записи пользователя: ~Шиповник~ (список заголовков)
17:45 

~Шиповник~
Речь, обращённая к собранию избирателей Шарлем Барбару, марсельцем, избранного в Конвент от департамента Буш-дю-Рон 5 сентября 1792 года, четвертого года свободы и равенства.

Господа,
Я подтверждаю: душа моя – душа свободного человека. Четыре года она питает ненависть к королям. Я спасу Францию от этого злого рода или умру. Перед отъездом я подпишу свой смертный приговор, я укажу все объекты своих привязанностей. Я укажу всё своё имущество. Я кладу на стол этот кинжал и пусть он пронзит моё сердце, если я предам, однажды, дело народа.


@темы: жирондисты, Французская революция, Барбару, переведенное

18:46 

Мемуары Жана-Батиста Трокара

~Шиповник~
Последние дни запрещённых депутатов Гаде, Салля, Бюзо, Петиона и Барбару в Сент-Эмильоне.

После объявления вне закона, депутаты Гаде, Петион, Бюзо, Барбару, Луве, Салль и Валади, укрылись в департаменте Кальвадос, где они жили некоторое время; они сели на судно на бриге, и высадились в Бек-д’Амбе, в департаменте Жиронды, у тестя Гаде, господина Дюпейра. Они бы не успели сойти на берег, как были бы разоблачены представителями, посланными в департамент Конвентом, и которые, не осмеливаясь отправиться прямо в Бордо, они собрались в Ла-Реоле. Тальен, один из них, был послан в Сент-Эмильон, куда, думали, ушли несчастные жирондисты.
Все его поиски были безрезультатными; но он велел арестовать людей, самых известных в стране, как подлых преступников, почти аристократов.
Все запрещенные депутаты были скрыты у мадам Буке, за исключением Салля и Гаде, укрывшихся у отца последнего. Но так как могло стать опасным долго оставаться в одном месте, Луве, Валади и Барбару, искали убежище у кюре Помероля около Либурна; Петион и Бюзо в Кастийоне, у Кесаря и Эпина. Их отсутствие в Сент-Эмильоне было недолгим, и вскоре они вернулись, все, за исключением Валади, бежавшего в сторону Мупона, который погиб под революционным топором, и возвратились в их первое жилище у мадам Буке. Через некоторое время Луве пошёл по следам Валади; но более удачливый, он поднялся на судно и добрался до Парижа без происшествий.
Пять депутатов, таким образом, остались в Сент-Эмильоне, двое у отца Гаде, и троке других у мадам Буке. Эти последние, после некоторого времени пребывания у этой дамы, были помещены братом Гаде к кюре города, который, вскоре, утомленный гостями, заявил, что больше не может их прятать у себя.
Сен-Брис Гаде предупредил мадам Буке об ультиматуме священника и страданиях несчастных изгнанников. Мадам Буке, не могла принять их из-за нехватки хлеба, и он сказал ей: Я полагаю, что Батист Трокар сможет спрятать их на некоторое время.
Я был тогда цирюльником домов Гаде и Буке. Однажды, когда я причёсывал Сен-Бриса он сказал мне: Батист, три друга моего брата, пришли к нему, но его нет; он в Швейцарии; не мог бы ты приютить их у себя на несколько дней?» Я ответил, что да; и, в тот же вечер, он сопроводил их ко мне. Это были первые дни января 1794 года.
Я очень о них заботился; я зарабатывал не менее 1200 франков в год. Днем, ночью, я вертелся, чтобы предоставить им необходимое продовольствие; мне было легче, чем другим, потому что у меня было много отношений с жителями, которых я брил.
Бюзо и Барбару писали мемуары. Я никогда не видел, чтобы писал Петион*. Их рукописи были спрятаны в железный ящик и брошены в выгребную яму; во время ареста мадам Буке и её мужа мулат выбросил их.
Во время второго поиска, совершенного в Сент-Эмильоне, туда послали две тысячи пятьсот человек войск; но, так как были найдены только Гаде и Салль, посчитали, что других нет в стране; они ушли, но приказали муниципалитету произвести домашние обыски. Я предупредил трех депутатов об этом; они сказали мне: «Мы уйдем этой ночью». Они, действительно, ушли следующей ночью. Бюзо и Петион оставили мне письма для своих жен, а Барбару для своей матери.

читать дальше

@темы: жирондисты, Французская революция, Петион, Бюзо, Барбару, переведенное

16:50 

Мемуары Жерома Петиона.

~Шиповник~
Часть вторая.

Мы идём прямо, и мы вошли в Париж, не имея возможности вернуться назад. Мы приняли решение отправиться в пригород Сент-Марсо, к одному из моих родителей, который был там бакалейщиком.
Прибыв на бульвар, который ведет, к воротам Сен Антуан, мы были в неопределенности, мы пойдем через улицы или мы будем продолжать эту прогулку: мы продолжили. Было четыре часа и это было подозрительное время. Мы встретили кавалерию, которая нас пропустила. Мы проделали больше четверти лье и никто не сказал нам ни слова. Наша безопасность существенно возросла, и мы не сомневались, что доберемся до места назначения.
Перед караульными ограждения Тампля мы были признаны человеком, который предупредил часового. Мы слышали очень отчетливо: «Это Петион и Гаде». Мы чувствовали, что за нами будет слежка. Мы убежали, но нас задержали стрелки и спросили нас, не мы ли граждане Гаде и Петион. Мы уверенно ответили: мы сказали, что да. Нас сопроводили в караульное помещение.
Мы не знали тогда, были ли убиты наши коллеги, и какая участь нас ждет.
Это был я, кто обращался с речью к офицеру. Я ему показал мою карту депутата, я сказал ему своё имя и я спросил у него, у него такой приказ, арестовывать всех депутатов или генералов или нас в частности.
Я увидел его тревогу, его замешательство. Я заметил очень отчетливо, что воспоминание о моей бывшей власти на месте мэра ещё что-то значило. Он мне вежливо и скромно ответил, что у него не было такого указания. В таком случае, возразил я ему, - мы продолжим наш путь.
Никто из охранников, которые там присутствовали, не возразил. Мы простились с ними, и вот мы снова на бульваре. Мы уже поздравляли друг друга с тем, что там удалось ускользнуть, но вскоре мы заметили, что за нами следят.
Канонир, недовольный тем, что нас отпустили, направил своих товарищей за нами. Нас обступили восемь или десять стрелков, которые извиняясь за то, что нас арестовывают, попросили нас, чтобы мы объяснились, либо перед комитетом секции, либо в муниципалитете, что удивительно, потому что мы были на улице в хорошее время, они считали, что хорошо, что мы не пытаемся сбежать и что их долг требует следить за нами: «Муниципалитет находится в двух шагах, - добавили они; таким образом, граждане, если Вы хотите, мы вас сопроводим туда».
Это если Вы хотите, звучало, как настоящий приказ, которому мы подчинились по собственной воле. Мы пошли к дому коммуны; стрелки пропустили нас вперед, а сами шли позади. Мы могли общаться друг с другом приглушенным голосом, мы не говорили о месте, где мы провели ночь, и как мы ее провели; нам показалось, что мы входим в Париж, вместо того, чтобы выходить из него и в наши намерениях было посетить дом одного друга.
Я, следовательно, вошел как обвиняемый в этот дом, где столько раз я принимал овации народа. Я не знаю почему, но этот контраст произвел впечатление на меня.
Мы были введены в пять часов в зал, который прежде назвался Залом Королевы. Это было там, где революционный комитет проводил заседания.
читать дальше


@темы: Петион, Французская революция, жирондисты, мемуары Петиона, переведенное

16:37 

~Шиповник~
Письмо графу де Караману, написанное господином Барбару, адвокатом.
Марсель, 20 августа 1789 года в 9 часов вечера.
Сударь,
Мои намерения вам известны; и вы не должны допустить, чтобы мерзкие извращенцы стали моими врагами и ставили под угрозу мою жизнь.
Я только что выполнил тягостную миссию, и я спокойно собирался возобновить дела моего Кабинета, когда Письмо, которым вы меня удостоили, призвало меня к Вам. Вы хотели поручить мне проект урегулирования буржуазной гвардии, я передал Вам свои идеи, в присутствии господина Дама и господина Лежурдана; они вам сообщили о своих взаимных проектах и вы остановились на всех этих идеях Урегулирования, или скорее мирного договора, который составил господин Дама, и который, разумеется, должен был понравиться всем Гражданам.
Клевета искажает все: было сказано, что мы представили подстрекательные проекты, в то время как из наших уст вышли слова сплоченности; и что мы зажгли в Марселе факел раздора, в то время как вы хорошо знаете, мы сделали все, чтобы его погасить.
Это ещё не все, сударь, я был заперт вчера в своем доме; я горько оплакивал свою Родину, когда друзья объявили мне сегодня утром, что несколько лейтенантов, плохо информированных обо всем, что я сделал, поклялись убить меня. Умереть – это ничто. Но умереть от руки того, кому ты служишь, эти мысли переполняют меня. Вы должны, сударь защитить добрых граждан и я ожидаю этого от вашего доброго сердца. Ничто не доказывает более, что я являюсь другом мира, кроме молчания, которое я храню для своих дорогих соотечественники, в то время, когда моя жизнь поставлена под угрозу. Соизвольте знать, что я стенаю в отставке; и если я заслужил, чтобы хорошо засвидетельствовали обо мне, не лишайте меня единственного утешения, которое у меня осталось. Моё сердце разрывается от вашей боли, обратите же внимание на ту боль, которую терплю я сам.
С уважением, сударь,
Ваш скромный и послушный слуга, Ш. Барбару.

Ответ, господина графа де Карамана господину Барбару.
Я положительно должен подтвердить, сударь, что накануне печального события, которое потрясло этот город, мы были заняты, господин шевалье де Дама, господин Лежуржан и вы, примиряющим проектом, который, я думаю, был бы воодушевленно встречен в городе и разгромил бы врагов, которые поклялись его разорить. Вы предложили прекрасные идеи, и господин шевалье де Дама их прекрасно записал. Мы должны были собрать городской Совет только для этой цели, я видел, с большим удовлетворением как возрождались мир и счастье; вы способствовали этому, сударь, и вы усердно этим занимались. Так что это совершенно неправильно, что вас обвиняют в противоположном.
Я имею честь, сударь, быть вашим скромным и послушным слугой.
Граф де Караман.

Прошёл всего месяц с начала революции, а мы чуть не лишились дорогого Лоло

@темы: Барбару, Французская революция, жирондисты, переведенное

20:08 

~Шиповник~
Брат мадам Фонфред - Жан-Франсуа Дюко :paint:
Конечно, фантазия, но я ориентировалась на свой первый портрет Франсуа и место его рождения. Надеюсь, когда-нибудь, нам покажут его портрет :shy2:


@темы: Дюко, жирондисты, Французская революция, творческое

11:47 

~Шиповник~
18:45 

~Шиповник~
Доклад от имени комитета петиций и корреспонденции, произнесенный Дюко, депутатом Жиронды.

Граждане,
Я должен отчитаться Национальному конвенту, от имени Комитета петиций и корреспонденции, о петициях, адресованных и направленных ему со всех концов республики, в докладе по этому же вопросу. Я предоставлю жалобы и благодарности, строгие советы и поздравления, с почтительной верностью, которую обещал народу, представителем которого я являюсь. Я смогу ударить по некоторым страстям, так как все против страстей из-за которых этот храм законов иногда выставляется театром, чтобы, прежде всего, возвысить Республику; но наша тема может не понравится; Комитет должен рассмотреть вопрос докладчика, который никогда не льстит. Он мог бы взять девиз Монтеня: Я не учу, я рассказываю.
Это не только в наших декретах, это находится в сердце каждого, в уме каждого в королевстве, которое упразднено. Со всех сторон раздались хор проклятий против старого и варварского института и хор похвалы законодателям, которые изрекли упразднение: это была тирания, как и тиран; только после гибели тирании осмеливаемся мы высказывать свои мысли. Французы компенсируют сегодня уважение, которое они выказывали в течение четырнадцати веков этому идолу, который сегодня сброшен со своего постамента; и если бы у опасений некоторых французов была тень вероятности, то несколько честолюбцев, действительно стремились бы к высшей власти, которая бы направила свой взгляд на единодушных и ужасных Республиканцев, для которых королевская власть означает деспотизм, они осмелились бы однажды выступить против нас.
К многочисленным местам, где присоединяются к декретам об отмене королевской власти, о которых комитет уже сообщал вам, присоединяются граждане города Руан: это, без сомнения, не самые богатые жители, ибо они гордятся названием бедных санкюлотов; это граждане Сен-Жан-Путжа, кантона Вик-Фезансак; друзья свободы и равенства Саллона, присоединяются к этой клятве, чтобы увидеть отмену проекта окружения национального конвента стражей. Вооруженные силы, которые должны вас окружить, добавляют они, это Республика в целом. Гражданин Окнил, который называет себя кюре Лонгвилля, благодарит за уничтожение королевской власти, но просит сохранить жизнь Людовику; забывая возможно, что он не принадлежит к судьям, но к справедливости; граждане Ланьона, громогласно выступают против королей, диктаторов и триумвиров, потому что, без сомнения, они ненавидят само господство; с тем же выступают граждане Шатонёф-сюр-Шера; с тем же жители Венса, департамента Восточные Пиренеи; друзья свободы и равенства, в той же коммуне, умоляют вас просвещать народ, потому что невежество – рабство и деспотизм поочередно; друзья свободы и равенства Кондана, который радуется, что избавился от деспотизма, жалуется на спекуляции: они просят, чтобы национальный Конвент издал декрет, в котором ассигнаты были определенной стоимости, и чтобы смертью наказывали преступников, которые сами устанавливают стоимость. Того же просят в Вилер-Плуиш, одном из самых маленьких, но не наименее патриотичных мест Республики; они сделали запрос на кредит в 6000 ливров, который вы отошлете без сомнения в их комитет финансов. Граждане Ла-Сьота, которые призывают вас оставаться достойными ваших указов против королей и эмигрантов, твердо держаться их, встав ногами на озлобление и раздоры, которые устранит время, чьими хранителями вы являетесь.
ПРОДОЛЖЕНИЕ

@темы: переведенное, жирондисты, Французская революция, Дюко

19:28 

Органт

~Шиповник~
Глава VII

Как высмеянный Ангел-хранитель отомстил; как Органт путешествовал на Небо, поднявшись на осле.

Молодые сердца, уж тем прокляты вы;
Что вихря захватили вас порывы.
Обманами преступно соблазняют,
Слабую невинность осаждают,
И, вот тому причина, говорят:
Чашу дружбы чаровницы поднимают,
Их руки тонкий источают яд.
Выпил невинность – простился с чистотой,
С мирным детством, с добродетелью святой.
ПРОДОЛЖЕНИЕ

@темы: Органт, Сен-Жюст, Французская революция, монтаньяры, переведенное

17:38 

Мемуары Жерома Петиона.

~Шиповник~
Представляем Вашему вниманию мемуары Жерома Петиона. Этот человек очень кропотливо всё записал. Огромное ему за это спасибо! :friend:

Написанные после 31 мая 1793 года.

Часть I

Я являюсь одним из наиболее ярких примеров непостоянства народного расположения. Другие сообщат о моментах благополучия моей общественной жизни, я собираюсь говорить о моих несчастьях. Я собираюсь говорить о преследованиях, которые я испытываю с 31 мая. Я доложу обо всём, что случилось со мной с той даты. Возможно, жизнь одного порядочного человека заинтересует честные и чувствительные души. Что касается меня, я нуждаюсь в том, чтобы излить мое сердце, и это мое самое дорогое утешение, рассказывать то, что я испытал.
Долгое время до 31 мая, интриганы и факторы, которые огорчают мою несчастную родину и ведут ее к рабству, делали всё возможное, чтобы разрушить мою репутацию и отнять у меня веру, которыми я наслаждался. Уверенные в том, что я не разделяю из дезорганизующие принципы и их максимы крови, чувствовали, какой вред я мог им нанести, что моё влияние на народ могло бы им навредить. <…>
<…>
Я видел, как люди не переставали изумляться, сравнивая с настоящим, <…>: дело, в том, что они не знают обо всем искусстве клеветы; дело, в том, что они не знают, до какой степени извращенность смогла его усовершенствовать наши дни, что они не имели возможность следить за сетями, подготовленными против меня. Я об этом сказал уже давно, сказал своим друзьям: «Народ будет ненавидеть меня больше, чем любит». Так же я не мог ни войти в место наших заседаний, ни выйти без самых грубых оскорблений и угроз. Сколько раз я слышал мимоходом: «Злодей, мы носим головы на плечах!» и я не сомневаюсь, они планировали убить меня. Надо признаться, они были жестоки для того, чтобы знаки доверия народа стали его ненавистью. Я часто говорил: Так что же? Он не имеет лучшего друга, чем я. <…> Я клянусь, приняв от него смерть, я его не возненавидел бы. Я был и я буду всегда убежден, что он хороший, что он хочет добра, но что он может также нести, все избытки преступления, так же как любовь несет добродетель. Облака скопились над нашими головами, и гроза вот-вот должна была начаться. 31 мая был день, когда заговор должен был вспыхнуть, когда Конвент должен был быть распущен, когда жертвы должны были пасть под железом их убийц. Мрачный звук набата обесцвечивает преграды, корреспонденция останавливается, письма перехватываются, кровожадные предложения повторяются с трибун и от многочисленных групп наполняющих зал Конвента, все говорило о великом бедствии. Нет никаких сомнений, роковой день 31 мая был избран заговорщиками, они поставили печать на эту выдумку: Революция 31 мая, и они имели смелость срывать печати с писем, которые они открывали, которые они читали и затем шли к гражданам, которым они были адресованы.
ПРОДОЛЖЕНИЕ МЕМУАРОВ

@темы: Петион, Французская революция, жирондисты, мемуары Петиона, переведенное

10:10 

~Шиповник~
Письмо месье Барбару, в ответ на письмо месье Эсменара напечатанное в 48 номере газеты Камиля Демулена.
Месье,
Я отвечаю на письмо месье Эсменара о событиях в Марселе, напечатанное в вашем 48 номере. Этот бывший редактор «Марсельского наблюдателя» извративший своё перо, не заслуживает места в вашей газете, и нет сомнений в том, что вы напечатали это, чтобы получить опровержение.
Этот месье Эсменар является посланцем нашего безумного меньшинства; он получил деньги; он должен хвалить его. Это меньшинство хочет для месье генерала Льёто, того же, чего и для месье мэра Шомеля; того же, что и для прево Бурниссака, комиссара Андре, и контрреволюции. Следовательно, месье Эсменар должен быть апологетом Льёто, хвалить все свои операции, и клеветать на муниципалитет, осторожность и устойчивость которого повергли этого колосса, который угрожал раздавить общественную свободу.
Но стоит ли прославлять месье Льёто, что напомнит о его патриотизме 23 марта?* Я не вижу в том, что он сделал, в то время, вечный укор для его нынешнего поведения. У него было, я с этим согласен, доверие народа; но он его потерял; и это изменение происходило, по мере того, как приближалось больше врагов революции, обеспокоенные люди, как мы, верили что нужно, наконец, образовать национальный суд страны.
ПРОДОЛЖЕНИЕ ПИСЬМА

Письмо датировано 1791 годом.

@темы: Барбару, Французская революция, жирондисты, переведенное

18:49 

~Шиповник~
Франсуа Трофим Ребекки. Спасаем ситуацию "безпортретья" как можем :D:paint:


@темы: французская революция, творчество, жирондисты, Ребекки

10:48 

Галерея 6

~Шиповник~
17:37 

~Шиповник~
Эпоха французской революции подарила нам сразу несколько Антиноев. Один из них аристо гражданин Эро

Эро де Сешель был красив: он вызывал восхищение. Глаза восхищенных женщин возводили вокруг него ореол; мужчины преклонялись перед этим шедевром природы. Он был очень тёмный. Цвет своих густых волос он смягчал пудрой, оттеняя высокий лоб. Его черты были благородны и идеально правильны; его взгляд был ярким и мягким; губы смешливыми. После тридцати лет он начал полнеть и это беспокоило его.
Согласно паспорту, выданному ему 28 октября 1793 года, его рост был 5 футов 8 дюймов (177 см), волосы и брови тёмные, лоб открытый, глаза карие, нос средний, рот небольшой.

Un épicurien sous la Terreur; Hérault de Séchelles
Emile Dard

Восхитительный мужчина!


@темы: переведенное, монтаньяры, Эро де Сешель, Французская революция

19:08 

Свидетельство о рождении Фабра

~Шиповник~
Год рождения Фабра плавает от 50 до 55-го. Свидетельство о рождении ставит точку в этом вопросе.

20 июля 1750 года был крещён Филипп-Франсуа-Назер, сын месье Франсуа Фабра, торговца тканями и девицы Анны-Катрин-Жанны-Мари Фонс, сочетавшихся браком. Его крёстный отец Филипп Фабр, так же, продавец тканей; его крёстная мать – дама Мари-Тереза Андриё де Дютиль. Присутствовали месье Франсуа Доминик Фабр, месье Жан Дютиль, королевский прокурор и месье Жан Андриё, дядя, записано нами, кюре Сен-Мартен, по просьбе.

@темы: переведенное, монтаньяры, Французская революция, Фабр д'Эглантин

20:24 

~Шиповник~
Честно, всё чаще присматриваюсь к этому депутату, хоть и не очень много о нём известно, речи на каждом шагу не валяются и внешний вид его покрыт мраком, хотя, некоторые представления всё же имеются. А особенно после того, как мы с Руди близко с ним "познакомились" в Бордо, хочется его представлять публике и представлять. Надеюсь, Дюко у нас теперь тоже будет хватать... Жан-Франсуа...

Дюко, депутат от Жиронды, о суде над Людвиком Бурбоном, бывшим королём.

Когда вынесено окончательное решение по поводу судьбы Людовика, бывшего короля, я обязан моей совести и моим комитентам объяснить принципы, на которые направлены мои взгляды и моё мнение.
Я не думал, что Национальный Конвент должен был судить Людовика; я никогда не сомневался, что у него нет на это права, но я думал, что он должен указывать на это право.
Он заявил, что будет рассматривать это дело. Если бы декрет был отвергнут моей совестью и чувством моей некомпетентности, никакая власть на земле не смогла меня вынудить принять его: это не противоречит моему мнению; оно молчит перед большинством. Это, мне кажется, подрывает все принципы правительственного ума, которым я хочу жить и умереть; потому что, как мне кажется, свобода только там, где люди могут сохранять и передавать осуществление своих полномочий своим представителям.
Порядок, применяемый в расследовании этого дела, я думаю, выходит из обычных правил, так как суд должен учитывать уникальность обвиняемого и особый характер дела. Я должен был рассмотреть, соответствовал ли он законам и обычаям судов, но был ли они достаточен, чтобы убедить лично меня. Судебные функции в обвинении, в суде присяжных, судей, применение закона является мерой предосторожности ради обеспечения справедливости; но это деление не является справедливостью… Справедливость состоит в точном применении права на деле. Вот то, что я должен был разыскать в подготовке процесса Людовика.
Я заявляю между тем, что исключительное состояние обвиняемого смогло заставить меня задуматься и одобрить чрезвычайную форму суждения, которая должна быть уникальной, как и дело, которое она собирается решить. Я заявляю, более того, что если бы Конвент хотел судить обычного гражданина, используя те же нарушения, я на него посмотрел бы как на преступную и тираническую власть, и более того, я его разоблачил бы французскому народу.
Граждане, для меня очевидно:
1. Я тщательно исследовал поведение Людовика в течение Законодательного собрания.
2. Документация, найденная во дворце Людовика (бывшего короля) убеждает в заговоре против общей безопасности государства и против свободы нации; что он должен подвергнуться наказанию, следуя уголовному кодексу в отношении преступлений такого характера.
Граждане, смертельный приговор человеку, это вся жертва, которую я принес своей стране, единственная, с которой стоит считаться.

Париж, 16 января 1793 года, II год республики.

@темы: переведенное, жирондисты, Французская революция, Дюко

21:28 

~Шиповник~
Хочу представить народу сына Фабра д'Эглантина. Великий Боже, как похож он на отца :love:

Звали сие черноокое создание Жюль-Луи-Теодор-Винсент и родился он в Маастрихте 12 октября 1779, матерью стала первая супруга Фабра - Мари-Николь Годин, тоже актриса.
В отличие от отца, Луи стал морским инженером, хотя он имел и юридическое образование.


Портрет самого Фабра, для сравнения

К слову, у Фабра ещё были дети от второй супруги - Каролины Реми, которая так же была актрисой, двое умерли в младенчестве, на момент смерти Фабра Каролина была на пятом месяце беременности.

@темы: дантонисты, Французская революция, Фабр д'Эглантин, монтаньяры

20:07 

Новый портрет Сен-Жюста?

~Шиповник~
Интересная находка ждала меня на французской версии сайта посвященного Сен-Жюсту, основанного Луизой Антуанеттой.
В разделе "Прижизненные портреты" мне попался сей портрет. Предположительно Сен-Жюст, автором которого является Мари-Женевьева Булар.
В целом, заметно сходство: вытянутое лицо, форма губ, вроде бы форма глаз, прямые брови, но что-то пока настораживает... Напуренные волосы?! Более опущенный кончик носа?!


Можно сравнить портрет с портретами родителей Сен-Жюста. Кажется, прослеживаются родительские черты.


Сен-Жюст всё же или нет

@темы: монтаньяры, Французская революция, Сен-Жюст

17:06 

Луи Антуан Сен-Жюст. Органт

~Шиповник~
Глава V

Как выпороли Жоржа; Как поцеловали Нису; Как высмеяли Ангела-хранителя.

Вы посмотрите на румяную садовницу скорей
Толстощекий кувшин в руках она несла.
В нижней юбке белой вышла из хижины своей,
И ранним утром в Парижа сторону пошла
Таким образом, рассвет, любезный предвестник
Мира поднялся, скрывая преграды, кудесник.
Рассвет родился, - когда-то римлянин сказал
От луноликой Дианы и Эндимиона прекрасного.
Проносила по Небу каждое утро она
Новое молоко от стад Нептуна седовласого.
Итак, средь бела дня, Юпитер её поджидал
С Востока: напевая, она прибывает.
С ловкостью беглеца Юпин к ней подбегает
Кувшин её опрокинул, сделав неверный шаг,
И пролилась немедля из кувшина белизна,
Она в этом месте небосвода до сих пор видна.
Оруженосец, Жорж и Антуан Органт
Пуститься собирались в дальний путь тогда,
ПРОДОЛЖЕНИЕ ПОЭМЫ

@темы: Органт, Сен-Жюст, Французская революция, монтаньяры

18:06 

~Шиповник~
Жан-Франсуа Дюко

*Один из наиболее жизнерадостных из всех жирондистов.
*Известен своим язвительным остроумием.
*Считается, что Дюко, ожидая своей очереди на гильотину заметил: "Конвент забыл одну вещь - декрет о неделимости головы и тела".




"Стихи" Дюко, которые он написал в Консьержери, накануне казни.

Вечером этой осени,
Вспомнился Провен…
Как? Мелодии нет
Чтобы воспеть моё несчастье.
Нет, моя честь приказывает мне
Серьезным быть и трогательным в одночасье.


Французский народ, серьёзно послушай меня,
О великом событии тебе я хочу рассказать;
От плохого к худшему я всегда шёл,
От точки до точки, к Провену пришёл.


ПРОДОЛЖЕНИЕ

@темы: переведенное, Французская революция, Жирондисты, Дюко

06:50 

~Шиповник~
В первый день весны родился галантный Франсуа Бюзо. Сегодня 257 лет со дня рождения Бюзюлечки

@темы: Французская революция, Бюзо, жирондисты

French Revolution

главная