Записи с темой: творческое (список заголовков)
18:36 

Хулиганство ;)

~Rudolf~
Очень хотелось сначала выложить 1,5 удачные работы, но ночью написалось это. Задумка, как обычно, возникла из мимолетных фраз в диалоге с другом, а песня стала идеальным вдохновением для всего остального. Моему другу:kiss:

Рабочие ночи.
Бертран Барер/Антуан Сен-Жюст
Слэш, юмор, рейтинг не высокий
Просьба не относится очень серьезно;) развлечение и небольшое светлое хулиганство :tease4: но в каждой шутке...


Сен-Жюст повернулся на тесной комитетской кровати, попытался потянуться и открыл глаза. Настроение было прекрасным. Барер еще спал на соседней кровати, придвинутой сейчас вплотную к его. Антуан улыбнулся и тихо позвал Бертрана. Но его коллега, а теперь еще и любовник, спал крепко. Сен-Жюст протянул руку и коснулся его обнаженного плеча.
- Оставь меня, - сонно откликнулся брюнет.
Тогда Антуан потянулся к нему и поцеловал его в щеку:
- Вставай, страна зовет! А то скоро заявится какой-нибудь Карно, и ему сделается плохо.
Ловким движением Барер притянул его к себе и страстно поцеловал:
- Ой, а почему Карно должно стать плохо? От того, что комната выглядит так, словно сюда забрались контрреволюционеры или от того, что ты лежишь на мне?
Сен-Жюст оглядел комнату и прикусил губу. Разгром был полный, но молодой человек невольно и слегка смущенно улыбнулся.
- О! Карно сразу побежит спасать свои драгоценные документы и не заметит, даже если мы… - он зашептал Бареру на ухо. Бертран прижал еще к себе крепче и вновь поцеловал, но затем отстранил от себя и спросил:
- А почему первым должен прийти Карно? Может, Бийо-Варенн. Да, ставлю на него.
- Отлично. Что получит победитель?
Бертран лукаво посмотрел на него:
- Я бы предложил что-то поинтереснее, но сейчас завтрак был бы кстати.
- Идет, - Сен-Жюст поцеловал его в плечо и откинулся на подушку. – Я хочу пирожные. Ты сможешь достать пирожные? – но тут же юноша стал серьезным, - Надо вставать. Еще порядок наводить
Барер пробежал взглядом по комнате, затем посмотрел на Антуана:
- Вот это на тебе сейчас моя рубашка. Ты не был бы столь любезен… - он убеждающе улыбнулся.
- Хочешь последнюю рубашку с меня снять?
Бертран наклонился к нему и стал медленно расстегивать пуговицы:
-Кажется, ночью тебе это понравилось.
Сен-Жюст запустил руки в волосы любовника.
- Мне понравилось все.
- Мне тоже.
- То есть…
В ответ Бертран притянул его к себе, и Антуан сам начал очередной горячий поцелуй.

Движения решительные, а руки горячие. Мерцание нескольких свечей, оставленных на ночь. Разрушаются преграды галстуков и рединготов, руки путаются, путается шелк, поцелуи не прекращаются, дыхание смешивается. Платки летят на пол, губы получают отдых, а шея долгожданную порцию ласк. Другие руки настойчиво исследуют тело в поисках занятия для себя. Шелест бумаги, важные письма, что сейчас может быть важнее? Руки крепко обхватывают за бедра, заставляют поддаться и поменяться местами и бережно укладывают на стол. Звон падающего предмета наполняет комнату.
- Разбилось?
- К черту!
Нежные руки скользят по груди, властным движением заставляют лечь, волосы щекочут шею, ноги обвивают талию. Стук сердец чуть ли не оглушает. Практически во мраке рубашка расстегивается очень аккуратно, за это можно вознаградить поцелуем. Награда принята, но это мало. Новый звон, разлитые чернила. Пальцы испачканы, тихое ругательство и моментальный поцелуй, повелевающий молчать. Тело горячее, руки теперь ледяные, покоряют тело. Прикосновение к волосам, поцелуи на запястьях, страстная необходимость притянуть за бедра, ближе и ближе. Кюлоты давно мешают, суета, шорох, свеча погасла. Почти совсем темно, возбуждение достигает предела. Хочется растворится в теле любовника, хочется, чтобы это не прекращалось, хочется откинуть голову, и все сливается воедино: ласки, поцелуи, стоны, шепот… А потом еще и еще.

Рабочие дни в Комитете мало отличались друг от друга. Сен-Жюст с документами подошел к Бареру.
- Посмотри доклад и несколько постановлений.
Бертран взял листы, не переставая писать статью. Клочок бумаги прикреплен к листу «Первым пришел Карно, я выиграл». Хитрый прищуренный взгляд в сторону Архангела. Антуан еле сдерживает улыбку:
- Обрати внимание на страницу семь.
На третьей странице неприличное любовное четверостишье. На седьмой приписка «Пирожные. Хочу попробовать крем с твоих губ». Снова обмен взглядами. Сешель отложил перо и недоверчиво посмотрел на товарищей, но потом продолжил свое дело. В Комитете к общению глазами давно привыкли.
- Граждане, никто не брал мой отчет? Вчера я оставлял его здесь, - взволнованно спросил Приер.
- Наверное, ты унес его домой вместе с другими бумагами, - участливо предположил Сен-Жюст. Он выглядел невозмутимо. Барер прикрыл лицо бумагами. В голове всплыли картины того, как утром они лихорадочно расставляли по местам стулья, подметали осколки, без разбора раскладывали бумаги по столам, что явно сулило день наполненный возмущениями и непониманиями, более того, совсем залитые чернилам листы пришлось выкинуть. Не в первый раз для Комитета, однако.
Новая стопка бумаг легла на стол Барера. Перед ним стоял недовольный Ленде:
- Это не экономика. Это военщина.
Барер улыбнулся самой очаровательной и дружелюбной улыбкой:
-И не представляю, как они у тебя оказались. Спасибо.
- Что тут творится сегодня? – не выдержал Карно. – Мои письма в чернилах, документы перемешаны. К нам пробрались контрреволюционеры?
- Верно, по ночам тут гуляет дух Луи Шестнадцатого, - спокойно ответил Эро.
- Луи, именно, - повторил Барер и прикрывая платком рот, уткнулся глазами в письмо. Сен-Жюст бросил на него стремительный взгляд, но стало только смешнее.
- В самом деле, - поддержал коллегу Приер, - кажется, что тут новое взятие Тюильри происходило. Вещи не на своих местах, даже мебель передвинута.
Сен-Жюст скользнул взглядом по его столу, и слегка повернув голову, закашлял.
- Тут письмо от Робеспьера, - уведомил коллег Эро, приняв корреспонденцию от почтальона. – Он будет не здоров еще несколько дней, просит, чтобы мы позаботились о том, чтобы Комитет работал без перерыва, - бывший аристократ недовольно сжал губы,- кто-нибудь хочет остаться работать на ночь?
- Я! – одновременно воскликнули Барер и Сен-Жюст.




@настроение: late night sex so wet you're so tight ;)

@темы: Барер, Сен-Жюст, Французская революция, творческое

18:45 

Антуан XXI

~Шиповник~
Антуан и в нашем времени, вероятно, был бы внешне холодным. Благодаря моему другу я смогла увидеть его в готическом образе, а если ещё учесть, что он предлагал прогуляться по кладбищу, и, если верить некоторым историкам украсил свою комнату черными драпировкам - вполне :D
~Rudolf~, спасибо за музыку :heart:






@темы: творческое, монтаньяры, Французская революция, Сен-Жюст

17:59 

Камиль в XXI веке

~Шиповник~
06:31 

Фабр может ;)

~Шиповник~
"Фабр даму научит красоте" :evil::female::eyebrow:
© ~Rudolf~


@музыка: Романтический саксофон

@темы: творческое, монтаньяры, Французская революция, Фабр д'Эглантин

19:02 

Антиной №2

~Шиповник~
Жанно :love:
Мари-Жан Эро де Сешель :shuffle:


@настроение: Мурррр....

@темы: Французская революция, Эро де Сешель, монтаньяры, творческое

17:58 

Люсиль...

~Шиповник~
Люсиль Демулен, нарисованная по просьбе моего милого друга! :heart::heart::heart:


@темы: Демулен, Французская революция, монтаньяры, творческое

17:41 

Немного юмора =)

~Шиповник~
Все рисунки были созданы исключительно с добрыми намерениями :heart: Порой, рисунок, созданный, буквально за минуту :paint:, возникал благодаря одной единственной фразе в огрооомном сообщении. Я уважаю этих людей и считаю, что смеяться мы можем над теми, кого действительно любим :heart: Многие ребята перенесены в наш век :lip:

Эро Сешель, блистающий аристо мужчина, выносящий мусорный мешок, естественно, привлекая внимание противоположного пола :love:


Бреющийся Камиль Демулен. Вдохновением послужила вибрация на планшете у моего доброго друга :chups:


Прекрасный Шарль Барбару и Максимилиан. Робеспьеру просто не нравится Барбару, потому что мы СЛИШКОМ много о нём говорили в тот день :D
А Барбару нормально :eyebrow:


Война Горы и Жиронды... с пододеяльником :shuffle:


Камильчик встречает с работы двух мадемуазелей :eat:


- Как можно помирить Антуана и Камиля?
- Запереть их на кухне :nail:

@темы: творческое, монтаньяры, жирондисты, Французская революция

19:05 

Антиной №1

~Шиповник~
Шарль Барбару был не только ярким и активным политиком, он был, так же, человеком с отличным чувством юмора, ещё и красавец, учёный, поэт, словом - золотой человек.
Право, Лоло как новенький рубль - не налюбуешься :inlove:



@настроение: Кокетливое и игривое

@темы: жирондисты, Французская революция, Барбару, творческое

23:55 

Волей Провидения

~Rudolf~
О революции, революционерах и любви

гет, джен, драма, драббл

Антуан Сен-Жюст.
Он в ярости бросил письмо на стол, затем снова взял и замер, смотря на него невидящим взглядом. Перечитывать не требовалось, он помнил все дословно. Значит Тереза точно здесь, в Париже, чернилами на бумаге сверкал ее адрес. Он чувствовал, как рушится вся его жизнь, которую он старательно создавал целый год. Зачем она приехала? Самый страшный кошмар, самая большая любовь его жизни. Хотелось мгновенно, не надевая плащ, броситься к ней, увидеть ее, прижать к себе, вдохнуть аромат ее волос. Хотелось мгновенно отправиться к Робеспьеру, все рассказать ему и попросить помощи, или же бежать в Комитет и самому составить ордер или просто позвать агентов, которые обеспечили бы ее удаление из Парижа. Будет ли она искать с ним встречи? Возможно, нет. Будет ли он?.. Он сел и закрыл лицо руками. Ну зачем ты приехала? Тут опасно. Мы больше не будем вместе, даже если оба страстно этого желаем. Впрочем, может она и не захочет его искать. Ах, Тереза, уезжай, уезжай и не ищи встреч. Нам больше нельзя видится, неизвестно куда нас приведет революция. Тем не менее, надо обезопасить себя от нее. Нужно взять еще больше дел, можно ночевать в Комитете. Или вообще уехать из Парижа. Да, ему нужно получить назначение в миссию.

Станислас Фрерон.
Гнев привел его в Париж и здесь, на пепелище его надежд сменился ледяным желанием мести. Он решил отомстить убийце за нанесенную рану, отомстить себе за малодушие и циничные надежды. Он хранил ее письма. Он ненавидел себя за то, что не ответил любимой женщине в тот единственный раз, когда она обратилась к нему за помощью. Когда она молила о его помощи, когда она нуждалась в ней. Они все оказались обмануты. Он рассчитывал наконец-то получить ее. Забрать, увезти куда угодно, положить мир к ее ногам. Его бездействие стало роковым. Она вновь посмеялась над ним, посмеялась в последний раз и исчезла. Остались лишь гнев и месть. Мстить призракам глупо, но можно мстить живым. Несколько секунд он был в забвении, но пришел в себя и окинул взглядом зал. Тальен уже был за трибуной. Робеспьер пытался что-то кричать, но его оттащили от трибуны и не давали ни сделать шаг, ни сказать слово. Это время расплаты, чудовище, ты должен заплатить за ее жизнь своей.

Бертран Барер
Карета тряслась и раскачивалась, но даже если бы дорога была идеально ровной, он не смог бы заснуть. Серое низкое небо соответствовало его настроению. Он приехал, чтобы забрать Катрин с собой, он хотел, чтобы она жила с ним в Париже, хотел освободить ее от глупого влияния матери. Его и раньше встречали с холодом, а заканчивались визиты крупными ссорами с тещей и слезами жены, отнюдь уже не от неизбежной разлуки с мужем, а потому что они не могли понять и принять мысли и действия друг друга. В этот раз его не впустили в дом. Ибо в этот раз приехал не Бертран Барер, а убийца короля. На следующий день он дождался, когда Катрин выйдет из дома и бросился к ней. Он готов был поклясться, что видел, как в ее глазах вспыхнули огоньки, когда она увидела его, но быстро погасли. Она не подала ему руки, не сказала ни слова и спешно села в карету. На третий день он решительно требовал встречи с женой, но ему передали лишь записку, в которой ее рукой была написана просьба оставить ее и не нарушать покой. Милая Катрин, почему ты так молода и неразумно подвержена влиянию? Это не может стать концом, ведь и начала нашей семейной жизни толком не было. Я приеду снова, моя юная супруга, я надеюсь, что ты повзрослеешь и изменишь свое мнение обо мне.

Жан Батист Луве
Шаги, мили, лье... Сердце мое не на месте, душа разрывается: так хочется повернуть назад, обнять дорогих друзей, не оставлять их больше никогда; так хочется идти вперед, ведь ни часа, ни минуты я не провел не думая о тебе, моя милая. Я готов рискнуть всем, я не тешу себя надеждой, что дойду до Парижа, а если дойду, что останусь жив. Но я буду идти, пусть сердце ведет меня к единственному свету, оставшемуся в моей жизни - к тебе, моя дорогая жена. Я приду, любимая, верь, дождись, я сделаю все, что в моих силах, чтобы обнять тебя и успокоить. Нас уже разлучали. Тебя, мое сердце, совсем юную отняли у меня, увезли за сто лье, выдали замуж. Но волей Провидения мы должны быть вместе. Ты вернулась, ты смогла остаться, я назвал тебя своей женой. Теперь и я вернусь, продержись немного. В моем кармане лента, которую ты, улыбаясь, чтобы прогнать мою тревогу, прикрепила на мою шляпу, когда началась революция. Нежными руками ты обняла меня за шею. Мы были счастливы в то время, любовь занимала нас целиком. Моя бесстрашная, мужественная, решительная, пусть Любовь подаст тебе знак, если нам не суждено больше увидеться, что я стремился к тебе, презрев все опасности...

Адам Люкс
Еще один день в заключении. Еще один день жизни. Неужели он сделал так мало для того, чтобы его наконец-то вознесли на священный алтарь и позволили соединиться с самым прекрасным созданием в мире? Сколько можно мучить его здесь, на земле? Почему казнят других, а не его, того, кто жаждет этого сильнее всего на свете? Он помнит ее глаза, он помнит, как солнце переливалось в ее волосах, с какой статью, невинностью и безмятежностью она смотрела вперед. Смерть была ей не страшна. Жизнь без нее была страшна ему. Он полюбил ее с первого взгляда, он был на всех заседаниях суда, где жадно ловил каждое ее слово. Каждое ее слово находило отражение в ударах его сердца. С ней можно было или жить долго, где-то вдалеке от революции или умереть здесь и сейчас, выхватив ее из рук палачей и, с поцелуем на устах, пронзив ножом сначала ее, а потом себя. Ее нет уже много месяцев, а он все еще жив, хотя видит Бог, он сделал все, чтобы скорее встретиться с ней и не разлучаться. Дайте же мне радостно соединиться с Шарлоттой Корде.

@темы: монтаньяры, жирондисты, Французская революция, творческое

15:53 

Очень странный пейринг!

~Rudolf~
Начну, пожалуй, выкладывать сюда свои творения)) Эту работу пока видела пара человек, названия еще нет, но когда-нибудь через тысячу лет я ее доработаю и даже выложу на Книгу. А пока пусть будет здесь. За идею и вдохновение спасибо милому другу))
И да, я же сказала, что напишу про них красиво:-D

Собсно вот. Бюзо и Дантон.

Они ругались уже больше десяти минут. Бюзо прикрыл глаза руками и придвинулся к спинке кресла, словно надеясь потеряться в нем, найти убежище. В соседней комнате, кабинете Эли, находились несколько человек: сам хозяин квартиры – Гаде, Бриссо, Петион и Дантон. Барбару проявил желание поучаствовать в переговорах, но его предусмотрительно попросили остаться дома, а сам Франсуа отдал бы многое, лишь бы не слышать это перерыкивание титанов, голоса которых, однако, закрытая дверь вовсе не заглушала. Последние несколько минут он слышал лишь голос Гаде. Это был пик его ярости, коль он перекричал Дантона. Впрочем, Дантон подозрительно молчал все это время. Франсуа вздрогнул. Если быть совсем честным, то очевидно, что Дантон все же предлагает помощь. Если взглянуть на его идеи без пелены фракционной ненависти, то можно увидеть, что он близок к жирондистам по своим взглядам. Ближе, чем кто-либо, хотя нашлось бы не много желающих так настойчиво предлагать помощь осужденным на смерть, когда даже бывшие товарищи бегут с тонущего корабля. И сильнее, чем кто-либо, в этом Франсуа был уверен. Лишь гордость не позволяла жирондистам принять помощь Дантона, объединиться с ним. Поэтому его попытки прийти к компромиссу были обречены. Франсуа также не желал иметь никаких дел с грозным Дантоном, с грязным Дантоном, организатором убийств в сентябре, продажным деятелем, порочным человеком… И все же если прислушаться к нему, то можно было бы найти верные мысли, необходимые для спасения гибнущей партии.
Монолог Гаде закончился, Франсуа очнулся от мыслей из-за резкой тишины. Она продлилась несколько минут. Дверь кабинета открылась.
- Ты хочешь войны, Гаде, но получишь смерть, - сказал Дантон, выходя.
Франсуа почувствовал, как холод заполнил все внутри него. Он понял, что все кончено. Больше попыток примириться не будет. Дантон на пару секунд остановился и посмотрел на Бюзо. Так смотрит охотник, поймавший красивого, гордого зверя, любуется, но знает, что добьет его. Головная боль Франсуа усилилась, он почувствовал приступ тошноты. Наверное, это чувствует каждый, на кого смотрит Дантон, подумал он, тем более, таким плотоядным взглядом. Он был отвратителен Франсуа, хотя, что удивительно, Дантон ни разу не сделал ему, Бюзо, чего-либо плохого. Франсуа знал его с начала революции. Они никогда не были ни товарищами, ни приятелями настолько, чтобы вместе ужинать в кафе. Но Дантон вел себя с ним иначе, чем с другими. Франсуа вспомнил, что Дантон при случае придерживал для него дверь, как однажды он помог собрать бумаги, которые рассыпались у Бюзо из папки, когда он задумался, иногда помогал найти фиакр, хотя Франсуа никогда не просил об этом никого. А еще Дантон, который не стеснялся прилюдно сравнить общественное мнение с публичной девкой, ни разу не сказал о Франсуа ничего обидного, хотя даже друзья посмеивались над его ранимостью и чувствительностью. «О, Господи!» - пронеслось в голове Франсуа. Он вскочил и чуть ли не бегом направился вслед за Дантоном:
- Жорж-Жак, подождите!
Он догнал Дантона на лестнице. Дантон остановился и повернулся к нему.
- Вы знаете, что Гаде упрямый и неуступчивый, а я знаю, что он отходчивый. Он успокоится и станет разумным, мы все поговорим, снова обсудим ситуацию. Я думаю, нам не стоит так категорически отвергать Вашу помощь, - Франсуа сделал шаг и оказался совсем близко к Дантону.
Невозможно передать, какая энергия исходила от этого вождя. Это была энергия мужчины, воина и победителя, лидера, признанного в первую очередь самим собой, защитника, признанного всем окружением. У Франсуа закружилась голова, и Дантон, заметив это, инстинктивно схватил его под руки, но тут же отпустил, будто бы боясь поранить тонкую кожу Бюзо. Так как Дантон стоял на ступеньку ниже, их лица были напротив. Совершенно опьяненный столь близким присутствием Дантона, Франсуа осознал, что хотел бы упасть в надежные объятия этого страшного человека и укрыться от всех бед. Дантон наклонился к нему вплотную и, касаясь губами губ Франсуа, сказал:
- Возможно, Вы еще можете спастись, Франсуа. Вам еще можно сделать выбор.

@темы: творческое, Французская революция, Дантон, Бюзо

French Revolution

главная