Записи с темой: переведенное (список заголовков)
13:02 

~Rudolf~
Немного Вателя (большую часть которого я уже выложила))), фрагменты из "Экскурсии в Сент-Эмильон". Совсем немного.

Сведения о женах:
Вдова Петиона умерла в 1823 или 1824 году.
У мадам Гаде помутился разум. Она продолжала разговаривать с мужем, будто он еще жив. Она просила детей говорить тише, чтобы не сердить его.

23 ступеньки ведут в пещеру в саду Буке.
Чердак в доме Гаде составляет ширину дома – 6 метров, в высоту был метр. Окон не было. Свет и воздух мог проникать только через щели, как я понимаю, в полу. Гаде не оставил мемуары, это подтверждает Сен-Бри, так как не мог писать в таких условиях. А чем же занимался Эли столь долгое время? Он размышлял о счастье страны.
6 октября Талльен издал постановление о том, чтобы у дома Гаде была охрана в 2 человека днем и ночью

В семье было три портрета Гаде. Самым достоверным Ватель считает этот:
http://secure.diary.ru/userdir/2/7/3/2/2732255/85795129.png

Описание дома Гаде я переводить пока не стала, что мы там не видели.

Известный паспорт Гаде (вроде я ранее его публиковала, там, где у него глаза голубые) был изъят из его кошелька 8 июля 1793 г., описания Ватель считает правдивыми. В паспорте имя Heliè, 34 года. Салль на допросе сказал, что паспорта составлены и написаны самими жирондистами.
После гибели мужа Гаде жила с вдовой Жансонне и познакомилась с вдовами Дюко и Фонфреда. К мадам Гаде обращались именем Тереза.

Гаде можно считать гораздо более красноречивым, чем Верньо, когда речь идет об импровизациях. В обществе же у него были вежливые и замечательные манеры.

Петион, Бюзо и Барбару жили в доме Трокара с 20 января 1794 до 18 июня. Петион и Бюзо еще у Трокара договорились застрелить друг друга (?). Трокар сошел с ума в конце жизни.

Г-жа Лакомб-Гаде (внучка Эли) говорила:
«Мадам Буке была самой молодой из сестер Дюпейра. Она была известна как Маринетт."

Отец Гаде перед гибелью был спокойным и сохранял самообладание: «Дети мои, лучше сойти в могилу, чем жить в одной стране с такими монстрами. Что можно делать в стране, в которой не разрешается быть отцом, где самые священные, естественные чувства становятся преступлениями".

Раненый Барбару был доставлен на ферму Fompeyre. Его не впустили в здание, посадили на соломе у сарая. Барбару ранил себя утром. В три часа дня он все еще лежал на поле. Барбару не мог говорить. Рана у него была под правым ухом. Рядом с телами Петиона и Бюзо было найдено 5-8 пистолетов. Их лица были не поврежденными.

В 1842 году улицы в Бордо были названы в честь Верньо, Гаде, Жансонне:
http://static.diary.ru/userdir/2/7/3/2/2732255/85797969.jpg
http://static.diary.ru/userdir/2/7/3/2/2732255/85797970.jpg
http://static.diary.ru/userdir/2/7/3/2/2732255/85797972.jpg
http://static.diary.ru/userdir/2/7/3/2/2732255/85797976.jpg

На фото не только улицы Гаде и Верньо, но вот улицы Жансонне увы нет.

@темы: переведенное, жирондисты, Французская революция, Петион, Гаде, Барбару

14:44 

~Rudolf~
Письмо Жюльена Гаде (родного брата Эли Гаде) Луве

Париж, 24 вантоза, третий год республики.

Гражданин, вы спрашивали у меня некоторые детали о депутатах, которые с вами жили в пещерах Сент-Эмильона. Ваше болезненное нетерпение я могу удовлетворить очень несовершенно. Я был далеко от всех этих несчастных событий в Сан-Доминго, где сражался с врагами республики. Едва вернувшись во Францию, за пару дней я приобрел уверенность, что ни один из них не избежал кинжалов убийц. Мой брат и Салль были обнаружены в доме моего отца после нескольких обысков. Они были схвачены, доставлены в Бордо, где они погибли со все моей семьей.
Петион, Бюзо и Барбару были укрыты в одном из домов.
Визиты, сделанные с целью обнаружить их, заставили их покинуть то печальное убежище, которое до тех пор сохраняло им жизнь; ночная тьма благоприятствовала им, они имели счастье избежать трех тысяч шпионов. Вместе они отправились в Кастильон, их преследовали. Они взяли скромную еду, которая стала для них последней. Барбару, посчитав, что дальше бежать невозможно, захотел покончить со своей жизнью: он выстрелил из пистолета себе в голову, но был отвлечен усилиями Петиона и Бюзо, которые помешали ему убить себя. Выстрел серьезно ранил его и привлек внимание нескольких человек, которые узнали его и отправили в Кастильон. Он был доставлен в Бордо, где закончилась его жизнь. Вскоре после этого Петион и Бюзо, доведенные до крайних мер, покончили с собой, чтобы их смерть не досталась монстрам, жаждущим их крови. Все те, кто предоставил им убежище в Сент-Эмильоне, погибли. Пострадали и все те, кто был в моем родном доме во время их ареста. Гражданка Буке, которую вы упоминаете в ваших записях, ее муж, ее несчастный отец – все были принесены в жертву. От самых уважаемых семей, которые предоставили первых защитников республики, остался только прах.
Они убили двух моих братьев, один из которых внес свой вклад в наши победы в армии Рейна, а другой своим энергичным красноречием, мудростью подготовил и основал республику, укреплял ее своими достоинствами. Они убили моего отца и мою мать, в возрасте семидесяти лет, виновных в том, что они поддержали своего невинного сына, того, кто сделал честь их старости. Из всей моей горемычной семьи я остался один.
Воспоминания Петиона, Бюзо, Гаде оказались в военной комиссии, которая примет все меры предосторожности, чтобы они никогда не увидели свет.
Но. (sic)
Подпись: Гаде.
Командир батальона, 16-й полк.

@темы: Гаде, Луве, Французская революция, жирондисты, переведенное

14:19 

~Rudolf~
Письмо вдовы Петион мадам Гаде

Моя милая,
Не в состоянии быть еще более чувствительной к вашей памяти, я берусь за перо, чтобы поддержать вас мужеством, или будучи вынужденной говорить о печальных вещах. Однако, есть моменты, когда мы можем вести приятную беседу. Боск, прежде чем отправиться в Соединенные Штаты, рассказал мне новости, он сказал, что видел гражданина Трокара, который оказал огромную службу моему супругу. Эта новость была необходима, так как я написала ему четыре месяца назад и не получила до сих пор ни одного ответа. Я сказала ему, что если мои средства позволят, то для меня будет великой радостью помочь тому, кто помогал моему мужу; с момента получения нашей пенсии, я считаю это священным долгом.
Боск сказал мне, что у гражданина Трокара остались драгоценные рукописи моего супруга. Еще одна находится в руках Менно, комиссара Директории в муниципалитете Бордо.
Я была бы вам очень обязана, если бы вы смогли забрать эти рукописи для меня. Одна, находящаяся в руках Менно, называется «Республика», Боск подтверждает, что читал ее, он настаивает, чтобы я получила этот труд. Также он сообщил, что у Трокара осталось много трофеев, но он не дает подробностей. Еще раз прошу вас, мадам, поучаствовать в моей судьбе, а время дает мне надежду, что я получу подробности, хоть и опубликованные перед всеми.
Мне жаль, что Трокару приходится скрывать это. Я признаюсь вам, что мои средства не позволяют мне совершить поездку, чтобы получить все данные, мы ведь хотим знать абсолютно все детали этого происществия, учитывая возможности вашего положения, мадам, вы принесете мне большое удовольствие и сделаете меня очень счастливой.
Ожидаю вашего ответа,
Солидарная с вами в беде
Вдова Петион.

@темы: жирондисты, Французская революция, Петион, Гаде, переведенное

19:19 

Мемуары Жерома Петиона.

~Шиповник~
Часть IX

Я должен честно сказать, что ненависть к Горе была общим чувством. Во всех местах, где я бывал, она презиралась, от маратистов были в ужасе. Удовлетворялись тем, что они везде были в небольшом количестве, и, тем не менее, везде они навязывали ярость и устанавливали закон. Факт, который не может быть оспорен: дело, в том, что это мятежное меньшинство постоянно угнетает большинство, и диктует ему свою волю, потому что всегда, меньшинство предприимчивее, деятельнее и по закону подавит трусливое и апатичное большинство.
Другой бесспорной истиной было то, что маратистами были бывшие аристократы или люди, потерявшие честь и репутацию.
К счастью, эгоисты и аристократы являлись пустяком в большом движении, которое готовилось в пользу свободы. Мы ожидали прибытия департаментских сил. Мы надеялись, что департаменты Нормандии, которые еще не объявляли об этом, собирались выступить. От Нижней Сены были самыми важными; их вступление определило бы вступление департаментов, которые колебались объявляться. Руан мог предоставить внушительный личный состав. Национальная гвардия была хорошо вооружена и хорошо натренирована. Руан создал двусмысленное поведение, и оказался счастлив получить свой нейтралитет.
ДАЛЬШЕ


@темы: Петион, Французская революция, жирондисты, мемуары Петиона, переведенное

23:16 

О герое

~Rudolf~
Спешу поделиться свежей информацией о Талльене. Как известно из его биографий, был он комиссаром в Святой землеЖиронде и даже посещал Сент-Эмильон. Как известно из книг о жирондистах, для них это было самое светлое и спокойное время, потому что их поиском Талльен не занимался и практически закрывал глаза на это. За исключением ужасной казни Гранжнева, за что стыдно даже мне :mad: Но тем не менее, это время дало ребятам надежду. Так вот и Ватель считает, что Талльен, прибыв в Сент-Эмильон, как минимум смутно догадывался о присутствии там опальных, хотя бы Эли Гаде, но скорее всего, был убежден в этом. И в отличии от тупых молокососов он не принял никаких мер, направленных против ребят. Очень трогает такое понимающее человеческое поведение. В очередной раз горжусь им.

@темы: Тальен, Французская революция, монтаньяры, переведенное

17:51 

~Rudolf~
Первое, найденное мной личное письмо Эли!
Письмо отцу.

Мой дорогой, многоуважаемый папа,
Именно обстоятельства, а не мое сердце вы должны считать причиной моего молчания, в котором вы меня упрекаете. На момент рождения моего ребенка я написал несколько писем, и Майно был тем, кому было адресовано первое и последнее письмо, комиссар прибыл до того, как я успел дописать, и позволил мне лишь подписать его.
С тех пор я был настолько, настолько загружен работой, что едва мог писать Сен-Бри и мадам Буке, крестному и крестной моего сына. Я изложил Сен-Бри свою ситуацию, и попросил его объяснить вам, что именно мешает мне написать вам напрямую о прибавлении в моей семье. Полагаю, он это не сделал. Ибо тогда бы вы, конечно, не написали мне то письмо, которое я получил, и которое мне пришлось перечитать несколько раз, чтобы убедиться, что оно адресовано мне. Впрочем, даже забывчивость, не имеющая оправданий, не достойна такого отношения, ибо, в конце концов, вы знаете мое сердце и знаете, как я люблю и уважаю вас.
Моя жена трепетно восприняла то, что вы помните о нас, она благодарит вас за внимание, и убедительно сообщает, что разделяет чувство уважения, которое я буду испытывать всю жизнь.
Мой дорогой и многоуважаемый папа,
Ваш самый скромный, самый послушный и самый покорный сын,
Гаде.

@темы: переведенное, жирондисты, Французская революция, Гаде

08:33 

~Шиповник~
Вдова гражданина Бюзо жителям Кальвадоса.

Граждане и братья,
Не смотря на необъятность несчастий, которые преследовали меня в течение восемнадцати месяцев, чувство благодарности никогда не покидало моего сердца; в этот самый момент я свидетельствую вам её наиболее ярко; более долгое молчание меня упрекнуло бы в первом наслаждении, которое подарит мне судьба, с тех пор как я была вынуждена удалиться от вашей груди. Ах! как сладки мои воспоминания о щедрых и добродетельных жителях Кальвадоса! что для меня приятнее еще, это похвалить их внимание к Национальному Конвенту! Уже нельзя допустить сомнений в успехе их подхода, сегодня, когда преступление запутано, когда интрига без силы, признает невинность.
Надежда всегда поддерживала моё мужество, я не подвергалась насилию: могу ли я быть такой, когда свобода говорит в глубине моего сердца? когда французский народ поклялся уничтожить тиранов и тиранию.
Я бежала, это правда, разделяя судьбу почетных изгнанников; не из-за страха смерти, потому что они могли созерцать это без содрогания, но из-за ужаса, вызванного свирепой местью наших преследователей, которые, вопреки всем законам, насыщали свою ярость, без желания послушать наши оправдания.
Я говорю об оправдании! нам это нужно? Нет, без сомнения, у нас была только наша невинность, чтобы противостоять, оправдание, всегда слишком слабо в глазах этих людоедов. пропитанный кровью, которые меньше полагались на их свою жажду, чем на число тех, кого можно было принести в жертву.
Но давайте откажемся от этих лукавых идей, дабы предаться радости, которая вдохновляет нас на возвращение царствования правосудия и законов; вы, настоящие республиканцы Кальвадоса, радуйтесь плодам своих энергичных трудов; не бойтесь показать себя, теми, кто вы есть, кем не переставали быть; душите тот нечистый зародыш клеветы, который будет стремиться к росту. Пусть Национальный Конвент найдет в вашей самоотверженности истинные принципы, одну из непоколебимых колонн неделимой Республики!

Мари Анн Виктуар Бюзо.


читать дальше

@темы: переведенное, жирондисты, Французская революция, Бюзо

11:30 

~Шиповник~
С французским, латинским и греческим он узнал то, чему учили во многих коллежах, более открытых для мира, чем мы предполагаем: музыку, рисование и живопись. Эти искусства, несколько презираемые его учителями, привлекало его гораздо больше, чем чтение или перевод классических авторов, и оказали ему, когда он был вынужден зарабатывать на жизнь, больше услуг. Порой он был голоден.
Несмотря на посредственный вкус к гуманитарным наукам, которыми злоупотребляли сторонники той эпохи, Фабре д'Эглантин, довольно непостоянный, но блестящий и полный огня, не испытывал особых трудностей в том, чтобы показать себя намного ярче большинства своих сокурсников, которые, неспособные к выходу за рамки, подобно животным, терпеливо и послушно пахали свои борозды. Доктринёры Тулузы оценили его стоимость. Они ввели его в свою конгрегацию, которая была менее чем у иезуитов, где не было замечательных предметов. В ожидании поста, достойного его заслуг, они доверили ему, в своем коллеже, низшие классы, самые отвратительные из всех.
Академия Цветочных Игр, если не самая выдающийся, то старейший, конкурс королевства, предлагал в это суетное время вознаграждения, которые многие искали. Служащие, которым поручали составлять досуги, которые они посвящали музам, офицеры, а главным образом священники и монахи, получали в конкурсе посредственных стихов, эмблематические цветы, которые могли дать им иллюзию славы.
В каком году соревновался Фабр и какой приз он получил, и за какое стихотворение? Никто не знал точно.
ДАЛЬШЕ


@темы: переведенное, монтаньяры, биография Фабра, Французская революция, Фабр д'Эглантин

15:30 

~Шиповник~
Предлагаю ближе познакомиться с гражданином Фабром

В середине восемнадцатого века жил в Каркассоне на Большой улице (Grand rue) в доме №92, где у него был свой магазин*, продавец сукна Франсуа Фабр, отец которого, Антуан Фабр, так же, торговец сукном а так же «буржуа Каркассона» был облагорожен. Потому что Людовик XIV был обязан, чтобы поддерживать свои армии, с уступками давать дворянство, Фабры получили «три серебряных сосны, над которыми лицом к лицу летели две птиц на лазуревом фоне, серебряный месяц и две серебряные звезды». Этот герб не обеспечивал наличие денег. Без сомнения, официальный геральдист верил, что должен был щедро наполнить герб, в качестве компенсации, вместо наличных денег.
Позже, сын Франсуа Фабра, будущий член Конвента, находящий немного скромным свое положение торговца сукном, притворился, что его смешали с одним из его родителей, о котором у нас нет точных сведений, другой Франсуа Фабр, получил «лиценциат прав», 7 января 1767 года, на факультете Тулузы. Честный лавочник, таким образом, превращается в адвоката в парламенте**.
Франсуа Фабр, на самом деле, торговец сукном, сочетался браком с Анн-Катрин-Жанной-Мари Фонс или с Фонс де Нийор, из старинного рода, который граничил с дворянством и насчитывал среди своих членов бригадира пехоты Людовика XIV, господина де Пулариэ.
От этого брака сначала родилась дочь, затем сын, свидетельство о рождении которого Лабуис Рошфор обнаружил в реестрах прихода Сент-Винсента, который предоставил в текстовом виде в прекрасном исследовании о Фабре д’Эглантине господин Фабер***.
20 июля 1750 года был крещён Филипп-Франсуа-Назер, сын господина Франсуа Фабра, торговца сунком и демуазель Анн-Катрин-Жанны-Мари Фонс, сочетавшихся браком. Его крёстный отец Филипп Фабр, так же, продавец сукна; его крёстная мать – дама Мари-Тереза Андриё де Дютиль. Присутствовали месье Франсуа Доминик Фабр, месье Жан Дютиль, королевский прокурор и месье Жан Андриё, дядя, записано нами, кюре Сен-Мартен, по просьбе.
Подписи: Фабр, Фабр, Фонс-Андриё, Дютиль-Андриё-Дютиль – дядя; Андриё – кюре.

У Франсуа Фабра в 1755 году родилась вторая дочь Жанна-Антуанетта. В 1757 году, по причинам, которые нам неизвестны, вероятно, потому что торговля приходила в упадок в Каркассоне, он перебрался с семьей, в Лиму, где 9 марта родилась его третья дочь Луиза-Жермена-Тереза.
Именно Лиму принадлежат холмы покрытые виноградниками, пейзажи позолоченные горячим солнцем, которые он воспевал в своих волнующих стихах****, прошло почти все очень счастливое детство Фабра д’Эглантина, до момента, когда родители отправили его учиться у доктринеров Тулузы*****.

Henri d'Alméras
L'Auteur de «Il pleut, bergère...», Fabre d'Églantine.


Продолжение следует... :lip:
_______________
*Этот дом был куплен Жакеттой Дарде, вдовой Гийома де Лортала, барона де Му, у доктора Пьера Сабатье, доктора медицины, который обладал им как правопреемник Анны-Катрин-Жанны-Мари Фонс.
**Руссель, в биографии Фабра д'Эглантина, предшествовавшей «Любовной переписке» (1796), говорит, что его отец был «бедным адвокатом и адвокатом для бедных».
***Labouisse-Rochefort. Souvenirs et Mélanges, Paris, 1826, том II, стр. 349. Faber. La Carrière dramatique de Fabre d'Eglantine, том IV, третья часть, 1886.
****Послание к господину Лорагелю.
*****Доктринеры или священники Христианского вероучения были созданы в 1592 Цезарем де Бю, каноником и теологом Кавайона, с целью катехизации людей. У них было много коллежей во Франции, и разрушение порядка Иезуитов увеличил их число. Упраздненные в Революцию, они не были восстановлены.


@темы: переведенное, монтаньяры, биография Фабра, Французская революция, Фабр д'Эглантин

23:57 

~Rudolf~
Последнее, из имеющихся у меня писем Манон Ролан к Бюзо.
Какая очаровательная первая часть! Как много там любви, настоящей искренней любви, переживания заботы. Приятно держать в своих руках доказательства того, что и Манон любила, как обычная женщина.

7 июля

Ты не можешь представить, мой друг, очарование тюрьмы, где можно полагаться лишь на свое сердце, которое всегда занято. Нет отвлекающих и раздражающих факторов, утомительных жертвоприношений, навязчивой заботы; эти обязанности наиболее строгие, поскольку они уважаемы для честного сердца; в этом противоречие законов и предрассудков общества с более мягким вдохновением природы; не жалеть о том, что переживаешь или какие занятия выбираешь; никто не пострадает от твоей меланхолии или бездействия, никто не ожидает стремления и не просит чувств, проявить которые не в твоей власти; можно обратиться к себе, к истине, без препятствий, которые необходимо преодолевать, без борьбы за поддержку, без ущемления прав, без того, чтобы кривить душой или отказывать себе в прямолинейности; в заключении можно восстановить свою моральную независимость и упражняться в ней во всей полноте, когда социальные отношения постоянно меняются. Я не позволила себе обрести эту независимость и освободить себя от другого, более сложного счастья; события дали мне то, что я не могла получить без каких-либо преступлений; здесь любая другая деятельность приостанавливается. Я не нуждаюсь больше, чем в человеке, который любит меня, если ему требуется моя забота. Продолжай свое дело, служи своей стране, спасай свободу, каждое из твоих действий – наслаждение для меня и твое поведение является и моим триумфом тоже. читать дальше

Само письма, как обычно
http://static.diary.ru/userdir/2/7/3/2/2732255/85643277.jpg
http://static.diary.ru/userdir/2/7/3/2/2732255/85643280.jpg
http://static.diary.ru/userdir/2/7/3/2/2732255/85643281.jpg
http://static.diary.ru/userdir/2/7/3/2/2732255/85643282.jpg
http://static.diary.ru/userdir/2/7/3/2/2732255/85643285.jpg
http://static.diary.ru/userdir/2/7/3/2/2732255/85643286.jpg
http://static.diary.ru/userdir/2/7/3/2/2732255/85643287.jpg
http://static.diary.ru/userdir/2/7/3/2/2732255/85643288.jpg
http://static.diary.ru/userdir/2/7/3/2/2732255/85643289.jpg
http://static.diary.ru/userdir/2/7/3/2/2732255/85643290.jpg
http://static.diary.ru/userdir/2/7/3/2/2732255/85643291.jpg
http://static.diary.ru/userdir/2/7/3/2/2732255/85643292.jpg

@темы: Ролан, Французская революция, документы ВФР, жирондисты, переведенное

00:33 

~Rudolf~
H. Mantel. A Place of Greater Safety.

- Я задаюсь вопросом, что на самом деле думает обо мне Робеспьер, - сказал Жорж.
- О, он думает, что ты прелесть! - Камиль улыбнулся самой лучшей улыбкой, довольно нервной и отвлеченной. - Он очень высоко ценит тебя.
- Мне бы хотелось знать, каким на самом деле Дантон меня представляет, - сказал Робеспьер.
- Он очень высоко ценит тебя! - Камиль улыбнулся слегка натянуто. - Он считает, что ты прелесть.

***
Дантон Луизе:
- Если я когда-нибудь войду в комнату и обнаружу тебя наедине с Камилем, я убью тебя.
***
Элеонора о Камиле:
- Он может заставить Макса делать все, что он захочет. Никто больше не может этого.
***
Габриэль и Камиль
- Он всегда примет на заметку твое мнение, но мое – никогда.
- Это потому что… - Камиль остановился. Он не мог придумать тактичную причину.

***
Камиль

Ваша защита лишь вредит мне. Я устал угождать тебе и умиротворять Робеспьера и бегать между вами двумя, улаживая дела и прислуживая вашим всепоглощающим эго, вашим чудовищным, преувеличенным самомнениям. С меня достаточно.

Ты знаешь, я обучался в школе, где всегда было холодно, а еда была отвратительной. Это стало частью моей натуры. Если мне холодно, я принимаю это и с каждым днем я все реже думаю о еде. Но если кто-то обогреет меня и накормит, я буду очень благодарен.


(Шутя.) Я боюсь Фабра. Если он слышит, что я заикаюсь, он хватает меня за волосы и бьет головой о стену.

Послушай, через пять лет не будет ничего этого. Не будет чиновников, министерства финансов, не будет аристократов, люди смогут создавать семьи с теми, с кем хотят, не будет монархии и Парламента, и ты не сможешь говорить мне, что мне делать, а что нет.

Возможно ли, чтобы я получил Люсиль? Как же мне жить дальше без Аннет? Почему я никогда не достигал ничего, ни одной чертовой вещи? Почему мои памфлеты не публикуют? Почему мой отец меня ненавидит.

Мой отец ходит вокруг дома и твердит: «Неужели отцовская власть не значит ничего?». Он повторяет это с интонацией панихиды. Моя сестра повторяет это за ним и вызывает у меня смех.

***
Камиль Максиму
- Я не могу найти ничего с тех пор, как мы переехали. И ты не представляешь, сколько времени это занимает – быть женатым. Ты должен принимать решения об огромном количестве трудных вещей, как, например, в какой цвет покрасить потолок. Я всегда думал, что краска на нем просто вырастает, а ты?
***
Реакция Дантона на то, что Камиль наматывает свои локоны на палец, разговаривая с кем-либо: «Где ты этому научился? Перенял у проституток?».
***
Камиль сам сжег свои юношеские стихи, воскликнув: «Это хуже, чем у Сен-Жюста!»
***
Выборы депутатов в ГШ, март 89-го. Жан-Николя пытается стать депутатом, Камиль тоже. Также Жан-Николя председательствует в избирательной ассамблее. Демулен-старший:
- Ты думаешь, мне стоит остаться в стороне из-за тебя? Во мне есть все черты, которые удовлетворяют выборщиков, и ты не унаследовал ни одну из них. Я знаю, что там будут люди. Которые поднимут шум, услышав твое имя, они скажут, что у тебя должна быть своя программа и т. д. Когда они встретятся с тобой… Когда они хотя бы пять минут нормально поговорят с тобой… Если они просто посмотрят на тебя… Нет, Камиль, никоим образом я не приму участие в том, чтобы посоветовать твою кандидатуру.
***
Руки Мирабо обнимали плечи Камиля, будто последний был шлюхой, которую сняли в Пале-Рояле.
***
Камиль скользит руками по уставшим плечам Дантона и уговаривающе шепчет… И Дантон отвечает ему: «Да делай ты что хочешь, у тебя печать с моей подписью».

@темы: переведенное, монтаньяры, Французская революция, Демулен, Mantel

11:06 

Мемуары Жерома Петиона.

~Шиповник~
Часть VIII

Я пойду с вами, - сказал мне мой собеседник. Мы более не расставались и я спал у него.
В тот же день так же прибывали в Эврё союзные граждане Кана. Почти весь город вышел навстречу им; мы приветствовали их по-братски, и их присутствие разогревало общественный дух, который начинал остывать.
Несколько администраторов испугались, отреклись, и смиренно извинились перед Конвентом. Примечательно, что город Эврё был в хорошем расположении в департаменте, другие города департамента были плохи, и население не принимало никакого участия в движении. Я думал что найдется, по крайней мере, пять-шесть тысяч человек, не было восьмисот, и мы опасались даже увидеть слишком много из-за недостатка продовольствия.
Я поехал в Кан на следующий день с гражданином ***. Я не думал, что возможно увидеть более богатую страну, лучше развитую, чем ту, которую мы пересекли. Я был в восторге от великолепной долины Ож*, она была покрыта тысячами животных, но нам сказали, что она была пустынной по сравнению с предыдущими годами.
Перегон до Лизьё проходил довольно плохо, и я этим не был удивлен; самые маленькие посты были удвоены, утроены, и я заметил один, где те же лошади бежали семь лье.
Мы прибыли в Кан ночью. Я имел удовольствие расцеловать наших друзей; два или три раза пришлось рассказывать обстоятельства моего бегства и моего путешествия; в свою очередь я осведомился о состоянии дел. Но у нас было так много вещей, о которых нужно было рассказать, что мы отложили совещание. До нынешнего момента, правила внутреннего распорядка, дни и часы совещаний были фиксированы и серьезно занимались настоящим положением вещей. Мы так же пренебрегли публикацией хороших документов. Жире-Дюпре, который собрал депутатов и разделил их судьбу, выпускал в департаменте время от времени листовки и бюллетени, многие из которых заслуживают того, чтобы их сохранили.
То, что мощно мешало распространению трудов, так это нехватка средств; так как я должен сказать, к чести депутатов, что наиболее богатые из них были бедны.
Когда это препятствие было преодолено, когда центральная комиссия выделила средства на печать, они вышли в довольно большом количестве, и если эти труды могли свободно распространяться, если они были с изобилием разнесены по всей Франции, они бы способствовали просвещению и укреплению общественного духа.
ДАЛЬШЕ


@темы: переведенное, мемуары Петиона, жирондисты, Французская революция, Петион

00:42 

~Rudolf~
Фрагменты из книги Мантел, расположенные в хаотическом порядке. Все найденное в переписке с другом) будет вторая часть.

Жизнь менялась. Все, что нельзя было одобрить, называлось аристократическим. Это слово можно было применить к еде, книгам и играм, манере выражаться, прическе и к таким почтенным институтам, как проституция и Римская Католическая Церковь.
Если "Свобода" была первым лозунгом Революции, "Равенство" стало вторым. "Братство" было менее утвердительным качеством и должно было утвердиться всеми силами.
***
Макс: Нам нужны новые выборы. Если все будет продолжаться как сейчас, я не знаю, как остановить сторонников Бриссо.
Дантон: Ты не думаешь, что мы могли бы сотрудничать с ними?
Макс: Я думаю, даже попытаться было бы преступлением.
Дантон: "Замолчи! Если ты хочешь, чтобы я поверил, что Петион, Бриссо и Верньо агенты Австрии, ты должен предоставить мне доказательства, законные доказательства". И даже тогда я тебе не поверю - подумал он.

***
Размышления молодого Робеспьера

Каждый гражданин имеет долю в независимой власти... и потому не может оправдывать своего ближайшего друга, если безопасность государства требует его наказания"

Когда он написал это, он положил свое перо и, уставившись на написанное подумал: это очень хорошо, это очень просто для меня, ведь у меня нет лучшего друга. Затем он задумался - конечно же есть, у меня есть Камиль.

***
Из жизни дантонистов

Габриэль вошла в комнату:
- Я подумала, что вы хотели бы знать, что они вернулись.
- Семейка Капетов? – спросил Камиль.
- Королевская семья, да.

***
«Я полюбила тебя, как только увидела впервые…» О, подумала Манон, разве не раньше? Ей показалось, что ее письма, ее строки должны вызвать некоторое пробуждение чувственности в мужчине, который, - она теперь знала, - был единственным, кто мог сделать ее счастливой.
***
Люсиль и Жорж

Он поцеловал ее в макушку:
- Посмотри на меня… Что не так?
- Все не так!
- Я все исправлю.
- Пожалуйста!

***
Мадам Дантон и ее брат Камю

- Я не знаю, откуда он [Жорж] такой умный, - сказала мадам Дантона, - в семье нет никого с мозгами.
- Спасибо, - ответил Камю.

- Может, он станет священником, - сказала мадам Дантон.
- О, да. Я даже вижу его возглавляющим стадо, - ответил Камю. – Возможно, его отправят в крестовый поход.

@темы: Mantel, Дантон, Демулен, Робеспьер, Ролан, Французская революция, жирондисты, монтаньяры, переведенное

19:00 

~Шиповник~
Речи Барбару всегда пламенные!
Люблю его не могу

Речь гражданина Барбару, депутата от Буш-дю-Рон, произнесенная 31 октября 1792 года, I год французской республики.
Представители,
Я пришёл предложить вам благотворный меры для республики.
Анархия царит вокруг нас, и мы не сделали ничего, чтобы подавить ее. Провокаторы убийств, неверные администраторы, виновные в гибели граждан все еще торжествуют! Нет ли здесь национальной воли, которая должна командовать, и должны ли представители двадцати пяти миллионов человек склониться перед 30-ю мятежниками?
Мы недостаточно просчитали страшные последствия нашего долгого терпения. Какое мнение будет у людей, которых мы собираемся освободить, могут ли они сформировать нашу республику, когда они видят, что преступление находится рядом с добродетелями в Национальном Конвенте, а диктаторы дышат тем же воздухом, что и люди 14 июля!
Считаете ли вы, что наша революция является достаточно крепкой и что они могут верить в стабильность правительства, которое не наказывает разбои? Листья, распределенные вокруг этого ограждения, теперь являются единственным аргументом, который используют короли, чтобы ввести в заблуждение мнение людей. Они прочитали им, что часть Парижа проголосовала благодаря генеральному советнику коммуны за то, что он принял указ, нарушивший постановление представителей народа; они прочитали им, что другая секция прекратила переносить оружие в адвокатское сословие Национального Конвента, если его президент был уполномочен и собрал за один стол все эти акты непослушания, они привели их к выводу, что мы живем в дезорганизации. Если тогда наши армии будут где-то получать сопротивление, если кровь людей течет, то это будет ваша работа, вероломные агитаторы, которые, клевещут на Национальный Конвент, который был созван в республике, провозглашающий всей Европе, сопротивляющейся его декретам, что мы без труда поразим вас.
ДАЛЬШЕ


@темы: переведенное, жирондисты, Французская революция, Барбару

02:15 

~Rudolf~
Третье письмо Манон Ролан Бюзо

6 июля

Вчера я во второй раз увидела великолепного V [Валее]. Он вручил мне твои письма от 30-го и 1-го. Я не стала открывать их в его присутствии. Я не читаю их перед третьими лицами, кто бы это ни был и насколько бы хорошо он ни знал, что передает мне. Но его хорошее отношение к тебе, его преданность доброму делу, его мягкость и честность обязали меня провести с ним достаточно долгое время, хотя твое письмо было у меня в кармане, и это говорит о многом. Успокойся, мой милый друг: мой новый плен не настолько усугубляет ситуацию, в которой нечем рисковать, чтобы изменить ее. То, как все произошло, окружение, которое я обнаружила в этой тюрьме, взволновало меня и в первые моменты вызвало яростное негодование; и оно было настолько разделено окружающими, что наши угнетатели пострадают намного больше, а я намного больше выиграю от того, что позволю данному продолжаться, а не буду сопротивляться ему. На мгновение они торжествуют над моим падением; мне было бы страшно хвастаться этим. Такого обмена не будет.
Мое спасение непременно улучшит ход вещей; это только вопрос ожидания. Мне не больно от этого ожидания и, по правде говоря, за исключением некоторых очень дорогих моментов, наиболее приятное для меня время – шесть месяцев этого отдыха. Я не стану вновь упоминать о трудностях и опасностях этого места в виду их количества и из-за надзирателей. Ничто не остановило бы меня, если бы я должна была пренебречь ими, чтобы отправиться к тебе, но я не могу допустить разоблачения наших друзей, которых преследуют злые люди. Я чувствую все великодушие твоей заботы, чистоту твоих желаний, и чем больше я люблю их, тем милее мне мой нынешний плен. читать дальше

Само письмо

http://static.diary.ru/userdir/2/7/3/2/2732255/85617680.jpg
http://static.diary.ru/userdir/2/7/3/2/2732255/85617682.jpg
http://static.diary.ru/userdir/2/7/3/2/2732255/85617684.jpg
http://static.diary.ru/userdir/2/7/3/2/2732255/85617685.jpg

@темы: документы ВФР, Французская революция, Ролан, Бюзо, жирондисты, переведенное

02:12 

~Rudolf~
Второе письмо Манон Ролан Бюзо

3 июля
Какова мягкость, неизвестная тиранам, для которых счастье – их упражнения во власти! И если правда, что высший разум распределяет хорошее и плохое в людях, в соответствии со строгим законом восполнения, могу ли я жаловаться на свое несчастье, когда такие радости уготованы для меня? Я получила твое письмо от 27-го; я все еще слышу твой храбрый голос, я являюсь свидетелем твоих побуждений, я ощущаю чувства, которые оживляют тебя, для меня честь -любить тебя и быть любимой тобой. Мой друг, мы не собьемся с пути и не поразим грудь Богоматери, плохо отзываясь о той добродетели, которую мы приобретаем благодаря жестоким жертвам, ведь тот, кто их приносит, в свою очередь, получит взамен гораздо большую награду. Скажи, знал ли ты наиболее приятные моменты, чем те, которые были потрачены на невиновность и очарование любви, которые исповедует природа и которые устанавливают деликатность, которые отдают почтение долгу лишений, которые им следуют и даже придают силу, чтобы пережить их? Знаешь ли ты большие преимущества, чем преодоление несчастий, смерти, и открытие в своем сердце вкуса к жизни до последнего дыхания? Испытывал ли ты когда-либо что-то сильнее, чем та привязанность, что связывает нас, несмотря на то, что общество противостоит нам, и мы переносим угнетение? Я уже говорила тебе, что мне нравится мой плен. Гордиться преследованием, когда человек объявлен вне закона за свой характер и честность, я бы выбрала это, даже без тебя, имея в качестве поддержки лишь достоинство; но благодаря тебе это преследование наиболее приятное и дорогое. Какая глупость! Имеет ли значение, жить здесь или там? Не иду ли я, опираясь лишь на веление своего сердца, и оказываюсь в тюрьме, разве это не показывает мою непоколебимость? Мое общение - то, что мне нравится; моя забота - думать об этом. Мои долг состоит в том, что только я одна ограничиваю себя клятвами за все, что правильно и честно, и то, что я люблю, все еще занимает первое место в моей жизни. Я слишком хорошо себя чувствую, что является естественным ходом вещей, чтобы жаловаться на жестокость, которая им сопутствует. читать дальше

@темы: переведенное, жирондисты, Французская революция, Ролан, Бюзо

05:09 

~Шиповник~
"UN EPICURIEN SOUS LA TERREUR" Emile Dard


Смерть Эро Сешеля привела к большим опасностям тех, кто был близок ему. Его бабушку она не волновала. Его мать был заключена в тюрьму Пикпюс, затем в Консьержери и вышла только после 9 термидора. Маршал де Контад, оставался в своем отеле на улице Анжу, под наблюдением двух сторожей, он был освобожден только 26 августа 1794. Он присоединился к дамам Эро в Ливри в Гранд Берсо, и умер 27 января 1795 года, в возрасте девяноста одного года. Он был подвержен бурным истерикам. Чтобы наказать его, его слуги собрались, организовали суд и приговорили его к смертной казни. Гнев, который был этим вызван, привел к инсульту, который случился с ним через несколько месяцев. 5 июня 1795 года мадам Эро пропала: ей было всего 52 года, говорили, что она умерла от горя. Её свекровь, вдова генерал-лейтенанта полиции Людовика XV умерла 1 сентября 1798 года.
22 июля, через три месяца после казни дантонистов, Маго де ла Балю, Маго де Блинай, Маго де да Ланд и четыре других членов семьи взошли на эшафот. Младший Сен-Перн, племянник мадам Эро, семнадцати лет, по ошибке был казнен вместо своего отца: его сестра, мадам де Корнулье спаслась от смерти, объявив себя беременной.
Адель де Бельгард и ее сестра Аврора были арестованы через 9 дней после казни Эро Сешеля. В тюрьме они провели лишь несколько месяцев при бережном обращении.


@темы: переведенное, монтаньяры, Эро де Сешель, Французская революция

03:15 

~Rudolf~
Приношу извинения за качество текста. Фрагменты из книги Хилари Мантел постоянно пропадают с моего компа и этот пришлось восстанавливать по написанной давно и наспех рукописи, в которой даже я мало что понимаю.

Первая встреча Камиля и Максима в колледже.

Однажды старший ученик подошел к нему, выставляя вперед маленького ребенка. «Вот, приятель» - сказал он (они часто притворялись, что забывали его имя). Максимилиан остановился. Он повернулся не сразу.
- Ты обращаешься ко мне? – спросил он тихо, полувежливо, но с нотами оскорбления. Он знал, как это делается.
- Ты должен не спускать глаз с этого ребенка, которого прислали без объяснений. Он из той же части страны, что и ты. Гиз, кажется.
Максим подумал, что неужели эти необразованные парижане думают, что это одно и то же? Он тихо ответил: «Гиз в Пикардии. Я из Арраса. Аррас в АРТУА".
- Это не имеет значения, не так ли? Я надеюсь, ты сможешь выкроить время из твоей успешной, по мнению всех, учебы и поможешь ему найти верный путь.
- Хорошо, - ответил Максим. Он повернулся, чтобы посмотреть на упомянутого ребенка. Он был очень хорошеньким, очень темненьким.
- В чем же ты хочешь найти себя? – спросил он.
В тот момент по коридору проходил отец Эриво. Он остановился.
- А, ты прибыл, Камиль Демулен, - сказал он. – И я надеюсь, что тебе уже десять лет?
Ребенок посмотрел на него и кивнул.
- И что ты в целом очень способный для своих лет?
- Да, - ответил ребенок, - так и есть.
Отец Эриво прикусил губу. Он сомневался. Максимилиан снял очки, которые был вынужден носить, и потер глаза.
- Попробуй.
- Хорошо, отец.
- Они ожидали такого. Не кивай им, они возмущаются от этого. Также, когда тебя спрашивают, насколько ты умен, отвечай скромнее. Например: «Я стараюсь изо всех сил» или что-то в этом роде.
- Подлизываться, как ты,. приятель? – спросил маленький мальчик.
- Это просто мысли. Я делюсь с тобой опытом моей жизни.
Он надел очки. Взгляд темных глаз ребенка заполнял его. На момент он подумал о птице в ловушке, в клетке. Он почувствовал безжизненные перья на руках, почувствовал маленькие косточки и отсутствие сердцебиения. Он спрятал руки в пальто.
Ребенок заикался, это его беспокоило. На самом деле во всей этой ситуации было что-то, что расстраивало его. Он почувствовал, что образ жизни, которого он достиг, находится под угрозой. Что жизнь усложняется, что его дела поворачиваются к худшему.

H. Mantel. A Place of Greater Safety.

@темы: Mantel, Демулен, монтаньяры, переведенное

17:47 

Эро Сешель и революция

~Шиповник~
"UN EPICURIEN SOUS LA TERREUR" Emile Dard

Штурм Бастилии. Возвышение и дилетантизм. Заботы владыки Эпона. Тревоги семьи.

Утром 14 июля, шум громыхающей толпы, шедшей к площади Бастилии, оторвали его от любовницы, или от его книг. Нет сомнений, что он первоначально двигался с ней в качестве обычного ротозея. Монитёр сообщает о многих мирных людях, аббатах и даже людей суда. Бомарше, на террасе своего сада, созерцал сцену рядом с герцогом Шартрским и мадам де Жанлис. Памела, одетая в красное, бродила среди групп с берейтором герцога Орлеанского. Аббат Эспаньяк, советник Парламента, взялись за оружие. Среди победителей дня будут Диссо, аббат Фоше и многие юристы. Паскё любезно сопровождает мадемуазель Контад. Кареты любопытных стоят за углом. Молодой житель Эпона внезапно увидел возможность проиллюстрировать свою молодость? Он был увлечен общественным энтузиазмом, вовлеченный порывом нападающих? Толпа требует смерти Марии-Антуанетты и его кузины мадам де Полиньяк. Он присоединяется к ним, один из первых магистратов королевства! Он продвигается в первый ряд, собираясь подняться на башни и забирается на них. Два человека были убиты рядом с ним*. На протяжении всей его революционной карьеры это был единственный его спонтанный поступок. Его первая мысль определила все другие, до последней. Неосторожно положил он свой деликатный палец в стечение обстоятельств, и был ими унесен.
Тотчас же восторженность стала сумасшедшей и ослепила его. Будучи опьяненным революционным пылом, он словно перенесся во времена Лиги или Фронды. Беллар видел его в прокуратуре, где он спокойно продолжал исполнять свои обязанности. Он услышал из его уст рассказ о том, как зарезали интенданта Бертье и старого Фулона, его отчима, что народ вынудил его поцеловать голову своего сына.
Эро говорил «с какой-то естественной легкостью». Он рассказывал об этом «с забавой, будто это было смешным. Представьте себе эту сцену, переданную им с насмешкой, как какой-то хам с головой отца, словно бы говорит сыну… поцелуй папу, поцелуй папу». У Беллара этого была дрожь, но он добавляет: «этот человек не был варваром: он даже не был революционером. Это было так, потому что, когда его спросили, на чьей он стороне, он ответил: стороне, которая еб*т две другие. И это было правдой**.
ПРОДОЛЖЕНИЕ


@темы: переведенное, монтаньяры, Эро де Сешель, Французская революция

19:02 

Дети...

~Шиповник~
Увы, детей у Антуана Сен-Жюста не было :weep3: такой генофонд загубил...
Но зато у его сестры Луизы их было аж девять штук и некоторых из деток Антуан точно должен был видеть :heart: Виктуар, увы, умерла бездетной...

В браке Луизы де Сен-Жюст и Эммануэля Декена родились 9 детей:
1. Луи. Родился в Блеранкуре 30 января 1791 года. В 29 лет он возобновил нотариальную контору своего отца, но через несколько лет уехал в Париж. Умер в Шато-Тьери. Он был женат на Альфонсине Триболе с 4 августа 1813 года.
2. Мари Анн Константа Эмили. Родилась в Блеранкуре 6 апреля 1792 года. Она вышла замуж 5 сентябра 1818 за Серафима Стефана Жозефа Роара.
3. Дезире-Брут. Родился в Блеранкуре 1 брюмера II года (22 октября 1793). Он погиб «солдатом» во время российской кампании.
4. Мари Эжени. Родилась 23 флореаля III года в Блеранкуре (12 мая 1795 года) в Блеранкуре. Умерла в младенчестве.
5. Эммануэль Алексис. Родился в Блеранкуре 10 брюмера V года (31 октября 1796 года), умер 2 прериаля VI года (2 июня 1799 года).
6. Луиза Анриетта Памела. Родилась в Блеранкуре в 4 жерминаля VI года (24 марта 1798 года), умерла «незамужней» в том же месте 29 сентябр 1818 года.
7. Констант Камиль. Родился в Блеранкуре 20 нивоза Х года (10 января 1802 года). Он был кассиром на заводе в Жакмин и Милон, Сен-Квентине, затем клерком в мировом суде в Шони. Он умер в Вилькье-Омон 10 января 1868 года. Он был женат на Селесте Константе Фуке.
8. Наполеон-Огюст. Родился в Блеранкуре 19 сентября 1807 года. Он был фармацевтом и умер в Блеранкуре 19 января 1892 года. Был женат на Габриэль Огюстине Рамар.
9. Пьер. Родился в Блеранкуре 3 апреля 1812 года и умер в тот же день «в возрасте одного часа»

© Bulletin de la Société historique de Compiègne

@темы: переведенное, монтаньяры, Французская революция, Сен-Жюст

French Revolution

главная