01:33 

~Rudolf~
00:43 

~Rudolf~
Современный значок с символикой якобинского клуба


@темы: Французская революция

01:21 

Юбилей

Claudius Antonius Gallus
I want your loyalty or I'll get my revenge.
Я поднимаю бокал за гражданина Робеспьера, собеседника многих поколений. Иные с ним спорят, кто-то ищет в его словах истину, были и те, кого он вдохновил на особый путь. Бессмертно не слово, но мысль и чувство.

Пью за его 260-й день рождения!

@темы: Robespierre, Французская революция, монтаньяры

01:02 

~Rudolf~
Памятник Дантону в Арси-сюр-Об


@темы: Дантон, Французская революция, монтаньяры

01:50 

~Rudolf~
Карманьола 1790-1800



Санкюлотское одеяние))


@темы: Французская революция

01:47 

~Rudolf~
Поместья Эро де Сешеля (картинки увеличиваются)


@темы: Французская революция, Эро де Сешель, монтаньяры

11:30 

~Шиповник~
С французским, латинским и греческим он узнал то, чему учили во многих коллежах, более открытых для мира, чем мы предполагаем: музыку, рисование и живопись. Эти искусства, несколько презираемые его учителями, привлекало его гораздо больше, чем чтение или перевод классических авторов, и оказали ему, когда он был вынужден зарабатывать на жизнь, больше услуг. Порой он был голоден.
Несмотря на посредственный вкус к гуманитарным наукам, которыми злоупотребляли сторонники той эпохи, Фабре д'Эглантин, довольно непостоянный, но блестящий и полный огня, не испытывал особых трудностей в том, чтобы показать себя намного ярче большинства своих сокурсников, которые, неспособные к выходу за рамки, подобно животным, терпеливо и послушно пахали свои борозды. Доктринёры Тулузы оценили его стоимость. Они ввели его в свою конгрегацию, которая была менее чем у иезуитов, где не было замечательных предметов. В ожидании поста, достойного его заслуг, они доверили ему, в своем коллеже, низшие классы, самые отвратительные из всех.
Академия Цветочных Игр, если не самая выдающийся, то старейший, конкурс королевства, предлагал в это суетное время вознаграждения, которые многие искали. Служащие, которым поручали составлять досуги, которые они посвящали музам, офицеры, а главным образом священники и монахи, получали в конкурсе посредственных стихов, эмблематические цветы, которые могли дать им иллюзию славы.
В каком году соревновался Фабр и какой приз он получил, и за какое стихотворение? Никто не знал точно.
ДАЛЬШЕ


@темы: переведенное, монтаньяры, биография Фабра, Французская революция, Фабр д'Эглантин

15:30 

~Шиповник~
Предлагаю ближе познакомиться с гражданином Фабром

В середине восемнадцатого века жил в Каркассоне на Большой улице (Grand rue) в доме №92, где у него был свой магазин*, продавец сукна Франсуа Фабр, отец которого, Антуан Фабр, так же, торговец сукном а так же «буржуа Каркассона» был облагорожен. Потому что Людовик XIV был обязан, чтобы поддерживать свои армии, с уступками давать дворянство, Фабры получили «три серебряных сосны, над которыми лицом к лицу летели две птиц на лазуревом фоне, серебряный месяц и две серебряные звезды». Этот герб не обеспечивал наличие денег. Без сомнения, официальный геральдист верил, что должен был щедро наполнить герб, в качестве компенсации, вместо наличных денег.
Позже, сын Франсуа Фабра, будущий член Конвента, находящий немного скромным свое положение торговца сукном, притворился, что его смешали с одним из его родителей, о котором у нас нет точных сведений, другой Франсуа Фабр, получил «лиценциат прав», 7 января 1767 года, на факультете Тулузы. Честный лавочник, таким образом, превращается в адвоката в парламенте**.
Франсуа Фабр, на самом деле, торговец сукном, сочетался браком с Анн-Катрин-Жанной-Мари Фонс или с Фонс де Нийор, из старинного рода, который граничил с дворянством и насчитывал среди своих членов бригадира пехоты Людовика XIV, господина де Пулариэ.
От этого брака сначала родилась дочь, затем сын, свидетельство о рождении которого Лабуис Рошфор обнаружил в реестрах прихода Сент-Винсента, который предоставил в текстовом виде в прекрасном исследовании о Фабре д’Эглантине господин Фабер***.
20 июля 1750 года был крещён Филипп-Франсуа-Назер, сын господина Франсуа Фабра, торговца сунком и демуазель Анн-Катрин-Жанны-Мари Фонс, сочетавшихся браком. Его крёстный отец Филипп Фабр, так же, продавец сукна; его крёстная мать – дама Мари-Тереза Андриё де Дютиль. Присутствовали месье Франсуа Доминик Фабр, месье Жан Дютиль, королевский прокурор и месье Жан Андриё, дядя, записано нами, кюре Сен-Мартен, по просьбе.
Подписи: Фабр, Фабр, Фонс-Андриё, Дютиль-Андриё-Дютиль – дядя; Андриё – кюре.

У Франсуа Фабра в 1755 году родилась вторая дочь Жанна-Антуанетта. В 1757 году, по причинам, которые нам неизвестны, вероятно, потому что торговля приходила в упадок в Каркассоне, он перебрался с семьей, в Лиму, где 9 марта родилась его третья дочь Луиза-Жермена-Тереза.
Именно Лиму принадлежат холмы покрытые виноградниками, пейзажи позолоченные горячим солнцем, которые он воспевал в своих волнующих стихах****, прошло почти все очень счастливое детство Фабра д’Эглантина, до момента, когда родители отправили его учиться у доктринеров Тулузы*****.

Henri d'Alméras
L'Auteur de «Il pleut, bergère...», Fabre d'Églantine.


Продолжение следует... :lip:
_______________
*Этот дом был куплен Жакеттой Дарде, вдовой Гийома де Лортала, барона де Му, у доктора Пьера Сабатье, доктора медицины, который обладал им как правопреемник Анны-Катрин-Жанны-Мари Фонс.
**Руссель, в биографии Фабра д'Эглантина, предшествовавшей «Любовной переписке» (1796), говорит, что его отец был «бедным адвокатом и адвокатом для бедных».
***Labouisse-Rochefort. Souvenirs et Mélanges, Paris, 1826, том II, стр. 349. Faber. La Carrière dramatique de Fabre d'Eglantine, том IV, третья часть, 1886.
****Послание к господину Лорагелю.
*****Доктринеры или священники Христианского вероучения были созданы в 1592 Цезарем де Бю, каноником и теологом Кавайона, с целью катехизации людей. У них было много коллежей во Франции, и разрушение порядка Иезуитов увеличил их число. Упраздненные в Революцию, они не были восстановлены.


@темы: переведенное, монтаньяры, биография Фабра, Французская революция, Фабр д'Эглантин

17:13 

~Шиповник~
Армейские столовые приборы Луи Жана де Сен-Жюста. Серебро.
Хранятся в Блеранкуре, музее франко-американского сотрудничества.



@темы: монтаньяры, Французская революция, Сен-Жюст

23:57 

~Rudolf~
Последнее, из имеющихся у меня писем Манон Ролан к Бюзо.
Какая очаровательная первая часть! Как много там любви, настоящей искренней любви, переживания заботы. Приятно держать в своих руках доказательства того, что и Манон любила, как обычная женщина.

7 июля

Ты не можешь представить, мой друг, очарование тюрьмы, где можно полагаться лишь на свое сердце, которое всегда занято. Нет отвлекающих и раздражающих факторов, утомительных жертвоприношений, навязчивой заботы; эти обязанности наиболее строгие, поскольку они уважаемы для честного сердца; в этом противоречие законов и предрассудков общества с более мягким вдохновением природы; не жалеть о том, что переживаешь или какие занятия выбираешь; никто не пострадает от твоей меланхолии или бездействия, никто не ожидает стремления и не просит чувств, проявить которые не в твоей власти; можно обратиться к себе, к истине, без препятствий, которые необходимо преодолевать, без борьбы за поддержку, без ущемления прав, без того, чтобы кривить душой или отказывать себе в прямолинейности; в заключении можно восстановить свою моральную независимость и упражняться в ней во всей полноте, когда социальные отношения постоянно меняются. Я не позволила себе обрести эту независимость и освободить себя от другого, более сложного счастья; события дали мне то, что я не могла получить без каких-либо преступлений; здесь любая другая деятельность приостанавливается. Я не нуждаюсь больше, чем в человеке, который любит меня, если ему требуется моя забота. Продолжай свое дело, служи своей стране, спасай свободу, каждое из твоих действий – наслаждение для меня и твое поведение является и моим триумфом тоже. читать дальше

Само письма, как обычно
http://static.diary.ru/userdir/2/7/3/2/2732255/85643277.jpg
http://static.diary.ru/userdir/2/7/3/2/2732255/85643280.jpg
http://static.diary.ru/userdir/2/7/3/2/2732255/85643281.jpg
http://static.diary.ru/userdir/2/7/3/2/2732255/85643282.jpg
http://static.diary.ru/userdir/2/7/3/2/2732255/85643285.jpg
http://static.diary.ru/userdir/2/7/3/2/2732255/85643286.jpg
http://static.diary.ru/userdir/2/7/3/2/2732255/85643287.jpg
http://static.diary.ru/userdir/2/7/3/2/2732255/85643288.jpg
http://static.diary.ru/userdir/2/7/3/2/2732255/85643289.jpg
http://static.diary.ru/userdir/2/7/3/2/2732255/85643290.jpg
http://static.diary.ru/userdir/2/7/3/2/2732255/85643291.jpg
http://static.diary.ru/userdir/2/7/3/2/2732255/85643292.jpg

@темы: Ролан, Французская революция, документы ВФР, жирондисты, переведенное

00:33 

~Rudolf~
H. Mantel. A Place of Greater Safety.

- Я задаюсь вопросом, что на самом деле думает обо мне Робеспьер, - сказал Жорж.
- О, он думает, что ты прелесть! - Камиль улыбнулся самой лучшей улыбкой, довольно нервной и отвлеченной. - Он очень высоко ценит тебя.
- Мне бы хотелось знать, каким на самом деле Дантон меня представляет, - сказал Робеспьер.
- Он очень высоко ценит тебя! - Камиль улыбнулся слегка натянуто. - Он считает, что ты прелесть.

***
Дантон Луизе:
- Если я когда-нибудь войду в комнату и обнаружу тебя наедине с Камилем, я убью тебя.
***
Элеонора о Камиле:
- Он может заставить Макса делать все, что он захочет. Никто больше не может этого.
***
Габриэль и Камиль
- Он всегда примет на заметку твое мнение, но мое – никогда.
- Это потому что… - Камиль остановился. Он не мог придумать тактичную причину.

***
Камиль

Ваша защита лишь вредит мне. Я устал угождать тебе и умиротворять Робеспьера и бегать между вами двумя, улаживая дела и прислуживая вашим всепоглощающим эго, вашим чудовищным, преувеличенным самомнениям. С меня достаточно.

Ты знаешь, я обучался в школе, где всегда было холодно, а еда была отвратительной. Это стало частью моей натуры. Если мне холодно, я принимаю это и с каждым днем я все реже думаю о еде. Но если кто-то обогреет меня и накормит, я буду очень благодарен.


(Шутя.) Я боюсь Фабра. Если он слышит, что я заикаюсь, он хватает меня за волосы и бьет головой о стену.

Послушай, через пять лет не будет ничего этого. Не будет чиновников, министерства финансов, не будет аристократов, люди смогут создавать семьи с теми, с кем хотят, не будет монархии и Парламента, и ты не сможешь говорить мне, что мне делать, а что нет.

Возможно ли, чтобы я получил Люсиль? Как же мне жить дальше без Аннет? Почему я никогда не достигал ничего, ни одной чертовой вещи? Почему мои памфлеты не публикуют? Почему мой отец меня ненавидит.

Мой отец ходит вокруг дома и твердит: «Неужели отцовская власть не значит ничего?». Он повторяет это с интонацией панихиды. Моя сестра повторяет это за ним и вызывает у меня смех.

***
Камиль Максиму
- Я не могу найти ничего с тех пор, как мы переехали. И ты не представляешь, сколько времени это занимает – быть женатым. Ты должен принимать решения об огромном количестве трудных вещей, как, например, в какой цвет покрасить потолок. Я всегда думал, что краска на нем просто вырастает, а ты?
***
Реакция Дантона на то, что Камиль наматывает свои локоны на палец, разговаривая с кем-либо: «Где ты этому научился? Перенял у проституток?».
***
Камиль сам сжег свои юношеские стихи, воскликнув: «Это хуже, чем у Сен-Жюста!»
***
Выборы депутатов в ГШ, март 89-го. Жан-Николя пытается стать депутатом, Камиль тоже. Также Жан-Николя председательствует в избирательной ассамблее. Демулен-старший:
- Ты думаешь, мне стоит остаться в стороне из-за тебя? Во мне есть все черты, которые удовлетворяют выборщиков, и ты не унаследовал ни одну из них. Я знаю, что там будут люди. Которые поднимут шум, услышав твое имя, они скажут, что у тебя должна быть своя программа и т. д. Когда они встретятся с тобой… Когда они хотя бы пять минут нормально поговорят с тобой… Если они просто посмотрят на тебя… Нет, Камиль, никоим образом я не приму участие в том, чтобы посоветовать твою кандидатуру.
***
Руки Мирабо обнимали плечи Камиля, будто последний был шлюхой, которую сняли в Пале-Рояле.
***
Камиль скользит руками по уставшим плечам Дантона и уговаривающе шепчет… И Дантон отвечает ему: «Да делай ты что хочешь, у тебя печать с моей подписью».

@темы: переведенное, монтаньяры, Французская революция, Демулен, Mantel

18:22 

~Шиповник~
11:06 

Мемуары Жерома Петиона.

~Шиповник~
Часть VIII

Я пойду с вами, - сказал мне мой собеседник. Мы более не расставались и я спал у него.
В тот же день так же прибывали в Эврё союзные граждане Кана. Почти весь город вышел навстречу им; мы приветствовали их по-братски, и их присутствие разогревало общественный дух, который начинал остывать.
Несколько администраторов испугались, отреклись, и смиренно извинились перед Конвентом. Примечательно, что город Эврё был в хорошем расположении в департаменте, другие города департамента были плохи, и население не принимало никакого участия в движении. Я думал что найдется, по крайней мере, пять-шесть тысяч человек, не было восьмисот, и мы опасались даже увидеть слишком много из-за недостатка продовольствия.
Я поехал в Кан на следующий день с гражданином ***. Я не думал, что возможно увидеть более богатую страну, лучше развитую, чем ту, которую мы пересекли. Я был в восторге от великолепной долины Ож*, она была покрыта тысячами животных, но нам сказали, что она была пустынной по сравнению с предыдущими годами.
Перегон до Лизьё проходил довольно плохо, и я этим не был удивлен; самые маленькие посты были удвоены, утроены, и я заметил один, где те же лошади бежали семь лье.
Мы прибыли в Кан ночью. Я имел удовольствие расцеловать наших друзей; два или три раза пришлось рассказывать обстоятельства моего бегства и моего путешествия; в свою очередь я осведомился о состоянии дел. Но у нас было так много вещей, о которых нужно было рассказать, что мы отложили совещание. До нынешнего момента, правила внутреннего распорядка, дни и часы совещаний были фиксированы и серьезно занимались настоящим положением вещей. Мы так же пренебрегли публикацией хороших документов. Жире-Дюпре, который собрал депутатов и разделил их судьбу, выпускал в департаменте время от времени листовки и бюллетени, многие из которых заслуживают того, чтобы их сохранили.
То, что мощно мешало распространению трудов, так это нехватка средств; так как я должен сказать, к чести депутатов, что наиболее богатые из них были бедны.
Когда это препятствие было преодолено, когда центральная комиссия выделила средства на печать, они вышли в довольно большом количестве, и если эти труды могли свободно распространяться, если они были с изобилием разнесены по всей Франции, они бы способствовали просвещению и укреплению общественного духа.
ДАЛЬШЕ


@темы: переведенное, мемуары Петиона, жирондисты, Французская революция, Петион

16:57 

~Шиповник~
Данное сообщение, будет, конечно, не совсем серьёзным, но, надеюсь, интересным...
Когда мы находились в доме Антуана Сен-Жюста в Блеранкуре, среди всех эмоций, которые скопом пришлось испытать мы задались вопросом, а где же была комната самого Антуана?
Конечно, вряд ли это удастся узнать на самом деле, но, проведя небольшое расследование я решила поделиться сим. Ибо, вдруг правда? :D

Хотя, откровенно говоря, сейчас я очень сомневаюсь...

1. Мальчик не мог проходить через комнату девочек и родителей.
2. Родителям (изначально) нужна была большая комната, девочки жили вдвоём в большой комнате, мальчик в комнате поменьше.
3. С кучей барахла в 86-м году Сен-Жюст вполне мог выйти из своей комнаты тихо через дверь не разбудив ни сестёр, ни мать.

Хотя, учитывая то, что раньше люди вообще жили в домах с проходными комнатами, жить мог кто где угодно...


@темы: Сен-Жюст, Французская революция, монтаньяры

00:42 

~Rudolf~
Фрагменты из книги Мантел, расположенные в хаотическом порядке. Все найденное в переписке с другом) будет вторая часть.

Жизнь менялась. Все, что нельзя было одобрить, называлось аристократическим. Это слово можно было применить к еде, книгам и играм, манере выражаться, прическе и к таким почтенным институтам, как проституция и Римская Католическая Церковь.
Если "Свобода" была первым лозунгом Революции, "Равенство" стало вторым. "Братство" было менее утвердительным качеством и должно было утвердиться всеми силами.
***
Макс: Нам нужны новые выборы. Если все будет продолжаться как сейчас, я не знаю, как остановить сторонников Бриссо.
Дантон: Ты не думаешь, что мы могли бы сотрудничать с ними?
Макс: Я думаю, даже попытаться было бы преступлением.
Дантон: "Замолчи! Если ты хочешь, чтобы я поверил, что Петион, Бриссо и Верньо агенты Австрии, ты должен предоставить мне доказательства, законные доказательства". И даже тогда я тебе не поверю - подумал он.

***
Размышления молодого Робеспьера

Каждый гражданин имеет долю в независимой власти... и потому не может оправдывать своего ближайшего друга, если безопасность государства требует его наказания"

Когда он написал это, он положил свое перо и, уставившись на написанное подумал: это очень хорошо, это очень просто для меня, ведь у меня нет лучшего друга. Затем он задумался - конечно же есть, у меня есть Камиль.

***
Из жизни дантонистов

Габриэль вошла в комнату:
- Я подумала, что вы хотели бы знать, что они вернулись.
- Семейка Капетов? – спросил Камиль.
- Королевская семья, да.

***
«Я полюбила тебя, как только увидела впервые…» О, подумала Манон, разве не раньше? Ей показалось, что ее письма, ее строки должны вызвать некоторое пробуждение чувственности в мужчине, который, - она теперь знала, - был единственным, кто мог сделать ее счастливой.
***
Люсиль и Жорж

Он поцеловал ее в макушку:
- Посмотри на меня… Что не так?
- Все не так!
- Я все исправлю.
- Пожалуйста!

***
Мадам Дантон и ее брат Камю

- Я не знаю, откуда он [Жорж] такой умный, - сказала мадам Дантона, - в семье нет никого с мозгами.
- Спасибо, - ответил Камю.

- Может, он станет священником, - сказала мадам Дантон.
- О, да. Я даже вижу его возглавляющим стадо, - ответил Камю. – Возможно, его отправят в крестовый поход.

@темы: Mantel, Дантон, Демулен, Робеспьер, Ролан, Французская революция, жирондисты, монтаньяры, переведенное

00:07 

~Rudolf~
Письмо Манон Ролан Гара


@темы: Ролан, Французская революция, документы ВФР, жирондисты

19:00 

~Шиповник~
Речи Барбару всегда пламенные!
Люблю его не могу

Речь гражданина Барбару, депутата от Буш-дю-Рон, произнесенная 31 октября 1792 года, I год французской республики.
Представители,
Я пришёл предложить вам благотворный меры для республики.
Анархия царит вокруг нас, и мы не сделали ничего, чтобы подавить ее. Провокаторы убийств, неверные администраторы, виновные в гибели граждан все еще торжествуют! Нет ли здесь национальной воли, которая должна командовать, и должны ли представители двадцати пяти миллионов человек склониться перед 30-ю мятежниками?
Мы недостаточно просчитали страшные последствия нашего долгого терпения. Какое мнение будет у людей, которых мы собираемся освободить, могут ли они сформировать нашу республику, когда они видят, что преступление находится рядом с добродетелями в Национальном Конвенте, а диктаторы дышат тем же воздухом, что и люди 14 июля!
Считаете ли вы, что наша революция является достаточно крепкой и что они могут верить в стабильность правительства, которое не наказывает разбои? Листья, распределенные вокруг этого ограждения, теперь являются единственным аргументом, который используют короли, чтобы ввести в заблуждение мнение людей. Они прочитали им, что часть Парижа проголосовала благодаря генеральному советнику коммуны за то, что он принял указ, нарушивший постановление представителей народа; они прочитали им, что другая секция прекратила переносить оружие в адвокатское сословие Национального Конвента, если его президент был уполномочен и собрал за один стол все эти акты непослушания, они привели их к выводу, что мы живем в дезорганизации. Если тогда наши армии будут где-то получать сопротивление, если кровь людей течет, то это будет ваша работа, вероломные агитаторы, которые, клевещут на Национальный Конвент, который был созван в республике, провозглашающий всей Европе, сопротивляющейся его декретам, что мы без труда поразим вас.
ДАЛЬШЕ


@темы: переведенное, жирондисты, Французская революция, Барбару

02:15 

~Rudolf~
Третье письмо Манон Ролан Бюзо

6 июля

Вчера я во второй раз увидела великолепного V [Валее]. Он вручил мне твои письма от 30-го и 1-го. Я не стала открывать их в его присутствии. Я не читаю их перед третьими лицами, кто бы это ни был и насколько бы хорошо он ни знал, что передает мне. Но его хорошее отношение к тебе, его преданность доброму делу, его мягкость и честность обязали меня провести с ним достаточно долгое время, хотя твое письмо было у меня в кармане, и это говорит о многом. Успокойся, мой милый друг: мой новый плен не настолько усугубляет ситуацию, в которой нечем рисковать, чтобы изменить ее. То, как все произошло, окружение, которое я обнаружила в этой тюрьме, взволновало меня и в первые моменты вызвало яростное негодование; и оно было настолько разделено окружающими, что наши угнетатели пострадают намного больше, а я намного больше выиграю от того, что позволю данному продолжаться, а не буду сопротивляться ему. На мгновение они торжествуют над моим падением; мне было бы страшно хвастаться этим. Такого обмена не будет.
Мое спасение непременно улучшит ход вещей; это только вопрос ожидания. Мне не больно от этого ожидания и, по правде говоря, за исключением некоторых очень дорогих моментов, наиболее приятное для меня время – шесть месяцев этого отдыха. Я не стану вновь упоминать о трудностях и опасностях этого места в виду их количества и из-за надзирателей. Ничто не остановило бы меня, если бы я должна была пренебречь ими, чтобы отправиться к тебе, но я не могу допустить разоблачения наших друзей, которых преследуют злые люди. Я чувствую все великодушие твоей заботы, чистоту твоих желаний, и чем больше я люблю их, тем милее мне мой нынешний плен. читать дальше

Само письмо

http://static.diary.ru/userdir/2/7/3/2/2732255/85617680.jpg
http://static.diary.ru/userdir/2/7/3/2/2732255/85617682.jpg
http://static.diary.ru/userdir/2/7/3/2/2732255/85617684.jpg
http://static.diary.ru/userdir/2/7/3/2/2732255/85617685.jpg

@темы: документы ВФР, Французская революция, Ролан, Бюзо, жирондисты, переведенное

02:12 

~Rudolf~
Второе письмо Манон Ролан Бюзо

3 июля
Какова мягкость, неизвестная тиранам, для которых счастье – их упражнения во власти! И если правда, что высший разум распределяет хорошее и плохое в людях, в соответствии со строгим законом восполнения, могу ли я жаловаться на свое несчастье, когда такие радости уготованы для меня? Я получила твое письмо от 27-го; я все еще слышу твой храбрый голос, я являюсь свидетелем твоих побуждений, я ощущаю чувства, которые оживляют тебя, для меня честь -любить тебя и быть любимой тобой. Мой друг, мы не собьемся с пути и не поразим грудь Богоматери, плохо отзываясь о той добродетели, которую мы приобретаем благодаря жестоким жертвам, ведь тот, кто их приносит, в свою очередь, получит взамен гораздо большую награду. Скажи, знал ли ты наиболее приятные моменты, чем те, которые были потрачены на невиновность и очарование любви, которые исповедует природа и которые устанавливают деликатность, которые отдают почтение долгу лишений, которые им следуют и даже придают силу, чтобы пережить их? Знаешь ли ты большие преимущества, чем преодоление несчастий, смерти, и открытие в своем сердце вкуса к жизни до последнего дыхания? Испытывал ли ты когда-либо что-то сильнее, чем та привязанность, что связывает нас, несмотря на то, что общество противостоит нам, и мы переносим угнетение? Я уже говорила тебе, что мне нравится мой плен. Гордиться преследованием, когда человек объявлен вне закона за свой характер и честность, я бы выбрала это, даже без тебя, имея в качестве поддержки лишь достоинство; но благодаря тебе это преследование наиболее приятное и дорогое. Какая глупость! Имеет ли значение, жить здесь или там? Не иду ли я, опираясь лишь на веление своего сердца, и оказываюсь в тюрьме, разве это не показывает мою непоколебимость? Мое общение - то, что мне нравится; моя забота - думать об этом. Мои долг состоит в том, что только я одна ограничиваю себя клятвами за все, что правильно и честно, и то, что я люблю, все еще занимает первое место в моей жизни. Я слишком хорошо себя чувствую, что является естественным ходом вещей, чтобы жаловаться на жестокость, которая им сопутствует. читать дальше

@темы: переведенное, жирондисты, Французская революция, Ролан, Бюзо

05:09 

~Шиповник~
"UN EPICURIEN SOUS LA TERREUR" Emile Dard


Смерть Эро Сешеля привела к большим опасностям тех, кто был близок ему. Его бабушку она не волновала. Его мать был заключена в тюрьму Пикпюс, затем в Консьержери и вышла только после 9 термидора. Маршал де Контад, оставался в своем отеле на улице Анжу, под наблюдением двух сторожей, он был освобожден только 26 августа 1794. Он присоединился к дамам Эро в Ливри в Гранд Берсо, и умер 27 января 1795 года, в возрасте девяноста одного года. Он был подвержен бурным истерикам. Чтобы наказать его, его слуги собрались, организовали суд и приговорили его к смертной казни. Гнев, который был этим вызван, привел к инсульту, который случился с ним через несколько месяцев. 5 июня 1795 года мадам Эро пропала: ей было всего 52 года, говорили, что она умерла от горя. Её свекровь, вдова генерал-лейтенанта полиции Людовика XV умерла 1 сентября 1798 года.
22 июля, через три месяца после казни дантонистов, Маго де ла Балю, Маго де Блинай, Маго де да Ланд и четыре других членов семьи взошли на эшафот. Младший Сен-Перн, племянник мадам Эро, семнадцати лет, по ошибке был казнен вместо своего отца: его сестра, мадам де Корнулье спаслась от смерти, объявив себя беременной.
Адель де Бельгард и ее сестра Аврора были арестованы через 9 дней после казни Эро Сешеля. В тюрьме они провели лишь несколько месяцев при бережном обращении.


@темы: переведенное, монтаньяры, Эро де Сешель, Французская революция

French Revolution

главная